Григо Вага, интересовавшийся жизнью северян, иногда наведывался в их лагерь. Некоторые воины видели его вместе с «принцессой драконов», как они прозвали Дженну, и им не терпелось узнать о таинственной деве. Благодаря таланту рассказчика мракоборец быстро подружился с наемниками. Воинам нравилось слушать его истории. В отличие от ученых, они не перебивали и не заканчивали фразы за Григо Вага, не критиковали стиль изложения и не смеялись над поучительными моралями.
Особенной популярностью у северян пользовались сказки о прекрасных лесных феях и озерных хозяйках. По мотивам уже имевшихся записей о златоволосой красавице мракоборец сочинил еще парочку. Героини его произведений повелевали силами природы и оберегали всех живых существ от бед и горестей. В его воображении они были неизменно молоды, стройны и прекрасны, а отличались друг от друга разве что цветом волос. У одной коса была белая, точно снег, у другой – черная, словно ночь, а у третьей – рыжая, будто огонь…
Лес к востоку от плато был Ко́йнену не по душе. Но охотиться в западных дебрях, которые дали новую жизнь его погибшим товарищам, воин определенно больше не собирался. Мысль о том, что он может подстрелить к ужину уже мертвого оленя, не способствовала боевому настрою.
Наемник знал, что восточную пущу называют Запретной и завеса магии окутывает ее подобно щиту. Однако сколько он ни вглядывался в буйную растительность, никакого щита разглядеть не сумел. А чутье подсказывало охотнику, что под изумрудным пологом полно разной дичи. В конце концов, множество сказочек бродит по свету, и часть из них – не более чем выдумки. Все нужно проверять на собственной шкуре, тем более если шкура твоя закалена в боях.
Выходец из королевства Тинутури́л, что лежало на Дальнем Севере, к востоку от Кривхайна, Койнен был невероятно силен, но больше всего гордился смелостью. Даже жуткие чудеса с мертвецами не поколебали его уверенности в себе. И, несмотря на его врожденную нелюбовь ко всякого рода чарам, он испытывал влечение ко всему необычному.
Недолго думая, Койнен ступил в лес. Некоторое время он шел на восток, следуя звериной тропой, но затем вдруг снова оказался перед плато Сиях. Нисколько не смутившись, мужчина вновь повторил попытку – и снова потерпел неудачу. Так было несколько раз, пока до тинутурильца наконец не дошло, что так действует защищающая пущу магия.
Тогда наемник остановился и задумался: чем же он отличается от животных, которые бродят по лесу как ни в чем не бывало? Может быть, ему стоит прикинуться зверем: начать думать, как кабан или волк? Что-что, а это он умел прекрасно. К тому же по весне мысли у всех живых существ не сильно-то различались, а кривхайнские шлюхи, пережившие нападение мертвецов, уплыли на первом же корабле.
Поправив колчан и лук за спиной, Койнен опустился на четвереньки и, вдыхая напоенный весенними ароматами воздух, пополз вперед.
«Я волк, – приговаривал он про себя. – Хорошо бы мне сегодня на ужин раздобыть оленьего мяса…»
Как ни странно, но уловка сработала – лес пропустил его. Наемник пробирался все дальше в пущу. И вскоре до его слуха донесся шум воды.
«Олени приходят на водопой, – вспомнил Койнен. – Там-то я и подкараулю их!»
Стараясь думать и ощущать как дикий хищник, он продолжил путь. Через некоторое время деревья разошлись, уступив место низкому кустарнику, и перед наемником открылся вид на озеро, окруженное скалистыми выступами. И в его водах Койнен увидел добычу, которая могла бы ему привидеться разве что во снах…
Прекрасная, словно сама владычица озера из сказок Григо Вага, незнакомка стояла к нему боком и неспешно омывала себя. Лучи солнца, просачивавшиеся сквозь листву, озаряли стройное тело. В утреннем свете кожа казалась белее морского жемчуга, и длинные влажные волосы отливали чистым золотом.
Не веря своему счастью, воин скользил глазами по манящим изгибам. В воображении он уже целовал изящную шею девы, ласкал ее нежные груди и округлые бедра. Он представлял, как в любовном экстазе тонкие руки сжимают его могучие плечи, а ноги…
Плотнее прижавшись к мокрой от росы траве, мужчина пополз к вожделенной цели, когда тихий предупреждающий рык заставил Койнена обернуться. Из лесного сумрака на мужчину взирал медведь. Это был крайне здоровый хищник, а его шкура казалась темнее самой ночи.
На родине Койнена Отец огня Зоар почитался в образе медведя. Зверь этот был священным и в лесах водился во множестве. Однако таких огромных и черных медведей юноша не видел никогда в жизни!
Не желая гневить хозяина леса, охотник опрометью бросился назад. И благодаря чарам уже через миг он в целости и сохранности кубарем вылетел на плато Сиях.
Пока тролль раздувал угли в костре, Григо Вага принес чистой воды.
– Послушай, парень, – сказал ему Гвирдр, – если ты желаешь плыть с новыми товарищами, но боишься, что без твоих аур мы не пройдем через Ка́ахьель, то не беспокойся. Кривхайнцы хотя и не отличаются умом, но изрядно проредили кадаверов. А на оставшихся у меня найдется топор.
