С раннего утра они бродили по лесу. В низинах стояла вода, и приходилось перебираться через поваленные деревья, прыгать с кочки на кочку, а порой и замочить ноги. Иногда мракоборец вяз в весенней слякоти по самые колена, и тогда его друг Койнен спешил на помощь.
Серьезных болот здесь не было, поэтому тяжелые наемник и тролль справлялись сами, а легкие брауни и Дженна и вовсе не тонули. Но если утром поиски легендарного зверя вызывали у исследователей боевой азарт, то после полудня все они порядком подустали.
– Лучше скажите, зачем мы взяли с собой тинутурильца? – прошипела в сторону Дженна.
– Еще один рыцарь без страха и упрека лишним не будет, – ответил ей Гвирдр Драйгр.
– Тоже мне «без страха», – усмехнулась девушка. – Вчера вечером, когда все пошли в пляс, он даже не осмелился пригласить меня на танец… Не понимаю… Может, он что-то задумал?
– Возможно, он просто не умеет танцевать, – улыбнулся тролль. – Или ему пришлось не по вкусу блеянье уважаемого певца.
– «Блеянье»? – присоединился к их беседе брауни. – Тебе надо поучиться уважению к чужому творчеству, мой друг.
– Да правда же, было немного похоже, – рассмеялась Дженна. – Красивые слова и музыка, но голос и бородка у него чуток козлиные!
– Ах, так? – фыркнул Трох Картриф. – А знаете, у меня свежая мысль! Надо нам разделиться на две группы – так будет быстрее. Я пойду с Григо и Койненом. В случае если они найдут единорога, им понадобится эксперт…
– Не иначе ты затеял соревнование, коллега? – ухмыльнулся Гвирдр.
– И мы принимаем твой вызов! – провозгласила Дженна. – Хотя перевес бойцов на вашей стороне…
– Зато с нами неизменное чувство юмора, – добавил тролль со смехом.
– Принято! – крикнул им Григо Вага.
– Вы отправляйтесь вдоль реки, как и собирались, а мы пойдем в глубь леса, – предложила девушка. – Встречаемся в деревне.
Когда они скрылись из виду, Гвирдр кивнул Дженне:
– А Койнен как будто бы точно знает, куда идти, да?
– Но он слишком много времени проводит на борту ладьи, – ехидно проговорила наемница, кивнув на поломанный кустарник. – А следопыт из него еще хуже, чем танцор.
Наемница и книжник миновали затопленный лес и поднялись на возвышенность. Лиственные деревья сменились стройными соснами. Здесь было теплее, да и дышалось легче. Сквозь ажурные кроны проливались водопады света, а между стволами розовым цветом распускались кустарники. При виде чужаков осторожные олени поспешили исчезнуть в зарослях; среди папоротников серыми тенями мелькнули зайцы.
Дженна стянула с ног мокрые сапоги и, ощутив босыми ступнями прогретый солнцем мох, зажмурилась от удовольствия. Янтарный лес навевал ей воспоминания. Такой же точно сосняк она увидела в тот день, когда очнулась в незнакомом мире на берегу моря. Только пах он иначе: зноем, мясистыми белыми грибами и сладкими ягодами. А сейчас в воздухе разливались тонкие ароматы смолы и весенних цветов. Громко щебетали птицы, где-то вдалеке стучал дятел.
Мелодия витали здесь тоже звучала по-новому: она была более прохладная и высокая; светлая, но в то же время грустная. Девушка вдохнула полной грудью, улыбнулась и тихонько запела.
Путники выбрались к реке и перевели дух.
– Вот, то самое кривое дерево, – проговорил наемник, указывая рукой на склонившуюся к воде старую иву. – Здесь мы и видели единорога, когда плыли к Сиях. Стоял он на холмике и копытом бил, а посреди лба у него как будто солнце сияло, и ветер развевал его гриву.
– Койнен, – обратился к нему Трох Картриф. – Почему ты согласился нам помогать? Зачем тебе единорог?
– Я слышал, что рог единорога обладает волшебной силой, – признался тинутурилец. – С его помощью зверь может исполнить любое желание.
– Я бы попросил немного храбрости, – вздохнул мракоборец, вытряхивая воду из сапог.
– Ты и без того смел! – ободряюще улыбнулся его друг. – А вот мне явно недостает ума…
– Раз уж на то пошло, то, признаться, я в последнее время стал слишком злым, – понурился брауни. – И чуточку сердечности, чтобы снова радоваться жизни, мне не помешало бы…
– Но вчера вечером ты отплясывал веселее всех, – припомнил мракоборец. – А тебе, Койнен, хватило ума не приглашать на танец Дженну.
– Это еще почему? – удивился воин.
– Лучше тебе не знать, – усмехнулся брауни. – А тебе, Григо, лучше не рассказывать… – Он поглядел на реку и вздохнул: – А музыкант тот мне понравился. Он пел, и душа моя словно радостью насыщалась.
– Да понял я и без вас, что принцесса ваша – ведьма самая настоящая, – отмахнулся наемник. – А ведьмы и принцессы умных любят, понимаете? Потому я и не подхожу к ней…
– И это, позволю себе заметить, ее немало заинтриговало, – вставил Трох. – Не удивлюсь, если сегодня вечером она сама к тебе подойдет…
– Как смешно все получается, – подытожил Григо Вага, усаживаясь на берегу. – Выходит, что на самом-то деле мы смелые, умные и веселые, но изнутри себя никак этого разглядеть не умеем.
– Для того и нужны друзья, – добавил Койнен, опускаясь рядом. – Обещаю, вот поплаваешь с нами на таратауре и поверишь в свою смелость. А я от тебя, глядишь, и кой-какого ума наберусь.
