– Зато вы были опытным преподавателем литературы. Удивительно, что талант этого молодого человека не произвел на вас впечатления.

Арто натянуто улыбнулся.

– Будьте любезны, окажите мне честь и объясните вашу теорию. Сложите, так сказать, кусочки мозаики. Полагаю, пришло время выложить карты на стол, мадам майор.

– Прекрасно, – резко произнесла она. – Видите ли, я считаю, что смерть Ива де Монталабера – это кульминация.

– Кульминация?

– Кульминация жизни, если хотите. В данном случае вашей жизни… Для широкой публики Фабрис Арто – писатель, карьера которого сложилась весьма удачно. Но когда-то он был несчастным человеком. Неудачный брак, работа, на которой ему было скучно, литературные амбиции, обреченные на провал… Все это рождало в его душе глубокое разочарование и, несомненно, усугубляло мизантропию.

Арто оставался безучастным. Оглядев его совершенно бесстрастное лицо, Марианна решительно продолжила:

– Но однажды в университете ему посчастливилось познакомиться с молодым человеком, который писал необыкновенный роман. Молодой человек был застенчив и неуверен в себе. Он никому не давал читать свои произведения, но профессор вселил в него уверенность. Под влиянием тяжелой депрессии юноша в конце концов покончил жизнь самоубийством, так и не вернув себе драгоценную рукопись. Несколько позже месье Арто, чьи труды издательства до сих пор отвергали, внезапно опубликовал бестселлер… Забавное совпадение, не находите?

– Я никогда не верил в совпадения. Все происходит как до́лжно.

– Соглашусь с вами. Однако нельзя не заметить, что эта версия истории наиболее выгодна нашему профессору. Не исключено, что он избавился от студента, обставив дело как самоубийство, – на убийство идут и за меньшее.

– Боже правый! Одного убийства было недостаточно… Пришлось придумать второе!

Марианна продолжала, решительно выпятив подбородок:

– Знакомы ли вы с техникой, известной как «автоатрибуция»?

– Нет, но уверен, что вы сможете меня просветить.

– Эта техника основана на анализе привычек автора и особенностей письма. Полиция иногда прибегает к этому методу, чтобы выявить отправителя анонимного письма, но и ученые, бывает, используют автоатрибуцию, если требуется определить авторство произведения. Каждый человек выбирает в речи уникальные выражения и синтаксические структуры – например, именно этот прием использовали, чтобы выяснить, действительно ли Мольер писал свои пьесы.

– Теперь я вспомнил… Некогда утверждали, что на самом деле пьесы Мольера написал Корнель. Жду продолжения вашего рассказа.

– Я попросила одного ученого, который владеет техникой подобного анализа в совершенстве, взглянуть на «Обещание рая». Конечно, это огромная работа, но компьютеры в наши дни творят чудеса, и он уже предоставил результаты первого приблизительного сравнения.

– Сравнения? Я лишь смутно знаком с этими методами, но знаю одно: они требуют значительных выборок. И если сравнивать, то уж точно не с двумя короткими рассказами Лертилуа.

– О, но я не предполагала сравнивать роман с этими рассказами, месье Арто; я говорю о сравнении с другими вашими романами… Ученый, о котором идет речь, рассмотрел под микроскопом четыре ваши книги, чтобы обнаружить бессознательные следы вашего стиля – эти книги написаны одной рукой, в этом нет никаких сомнений. Затем он сравнил эти общие черты с романом, получившим Гонкуровскую премию. Результат очевиден: вы не можете быть автором «Обещания рая».

Через несколько секунд Арто трижды саркастически хлопнул в ладоши.

– Браво! Вы проделали огромную работу!

– Без труда не выловишь и рыбку из пруда. Вы, конечно, скажете, что это всего лишь гипотезы, а не доказательства…

– Гипотезы, верно, но не лишенные очарования. И еще хочу отметить, что вы забыли нашего друга Монталабера. Ибо я не понимаю, какое отношение эти рассуждения имеют к его смерти.

– О, я о нем не забыла, не беспокойтесь. Итак, Фабрис Арто – на пути к карьере первоклассного писателя, но успех для него недостаточное «развлечение». Уже много лет он одержим идеей преступления. Врожденная ли это склонность, как хотел бы убедить нас доктор Вотрен, или она появилась в результате чтения книг определенного жанра, которым он отдавал предпочтение в юности? Не знаю, да это и неважно. Главное, что писатель хочет стать убийцей, плюнуть в лицо обществу, которое он ненавидит. Неважно, кто станет жертвой, ведь у его преступления не будет мотива, кроме удовлетворения навязчивого желания. Но наш писатель горд. Он не хочет, чтобы его поступок остался неизвестным, и мечтает вновь привлечь к себе внимание прессы, как в дни славы, ныне, мягко говоря, увядшей. Что может быть лучше, чем оказаться в списке подозреваемых, зная, что его вина никогда не будет доказана? «Энигма» – как раз то, что ему нужно. Он наслаждается, играя в ролевую игру для богатых, полностью оторванных от реальности. В конечном счете Фабрис Арто не так уж отличается от тех детей, которые держат в страхе школы, насмотревшись видеоигр с насилием. Вот только его метод гораздо изощреннее, а вместо игровой приставки – книги…

Перейти на страницу:

Все книги серии Tok. Детектив в кубе

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже