Тут Клэр вспомнила о случае на балу, когда император резко изменился в лице после поцелуя её руки. Непонимание и интерес разгорались в ней с каждой секундой.
– Кольцо? Но… Почему вы спрашиваете? Разве есть дело до простого украшения?
– До простого украшения, может быть, дела никакого и не было бы.
– Его мне завещала моя бабушка. Оно перешло мне по наследству.
– Я ведь просил правду, Клэр Данииловна. Это ведь ваше настоящее имя? – с недовольным лицом уточнил Александр.
– Да, меня зовут Клэр. И я не лгу. Вы просили правду, она такова. Но вы, мой государь, можете поведать мне свою правду. Быть может, тогда мы сможем разобраться со всем этим.
Александр скривился, словно речь Клэр показалась ему возмутительной.
– В юные лета свои я находил упоение в изучении знания, которое слабо поддавалось умам людей нашего времени. В библиотеке дворца я проводил большую часть времени со своим учителем Лагарпом, – произнеся это имя, император задумчиво посмотрел на дверь, словно вспоминая о том, что долгое время терзало его сердце. Несмотря на то что лицо его сделалось печальным, он всё же продолжил свой увлекательный рассказ: – Именно от него я впервые узнал про… – слова императора резко прервались, и он пытливо уставился на золотой шпиль Адмиралтейства, – впрочем, это сейчас неважно! – Император перешел к сути: – Дело в том, барышня, что кольцо, которое вы, не стесняясь, демонстрируете всем вокруг, я лично подарил Первому Консулу Франции во время наших переговоров в Тильзите.
Клэр почувствовала, как все её лицо вмиг напряглось. Губы поджались, глаза широко раскрылись от удивления, дыхание сбилось в попытках переосмыслить последние слова государя.
– Но… Я не понимаю, как оно попало к моей бабушке.
– Наполеон по своей натуре жаден, поэтому мог подарить его либо приближённому лицу, либо любовнице. Так кто же вы: шпионка или любовница?
– Я вижу, что в глазах Вашего Величества моё положение выглядит не лучшим образом. Вы не оставляете мне выбора. Из ваших слов мне ясно, что так или иначе меня ждёт казнь.
Александр нервно и громко засмеялся, поспешив тут же убедить Клэр в обратном:
– Казнь? Боже правый, я не тиран и не казню своих и иностранных подданных за их преступления, но место в Петропавловской крепости я вам могу обещать, не обращая внимания на ваш юный, прекрасный возраст.
– А-а-а, значит, мне всё равно нечего терять. Я из будущего, государь! – неожиданно для самой себя выпалила Клэр, и её слова прозвучали как никогда храбро и убедительно. – Возможно, звучит дико, но я родилась в 1996 году. Вы вправе считать меня сумасшедшей, или как в вашем времени принято говорить? – Она стала вспоминать нужное словно и, нащупав его кончиком языка, удовлетворённо продолжила: – Блаженной! Но я сама не понимаю, как и для чего оказалась здесь. Всё началось с того, что моя бабушка завещала мне это кольцо. Прежде я никогда не видела, чтобы она его носила. Спустя несколько часов после того, как его надела, я потеряла сознание и очнулась уже в вашем мире. Я знаю о некоторых событиях, которые с вами ещё не произошли, но там, откуда я родом, им уже больше двухсот лет. Возможно, с этим кольцом что-то не так и вы сможете помочь мне вернуться?
Александр нахмурил высокий лоб, с презрением бросил на Клэр недовольный взгляд и отвернулся. Она и не могла ожидать того, что он поверит ей. Мишель не поверил…
– Я действительно считаю вас сумасшедшей. И, не знай я все тайны этого кольца, уже сейчас велел бы увести вас в камеру.
– Что? – с облегчением переспросила Клэр, не поверив в своё счастье. – Вы верите мне?..
– Чем вы можете подтвердить свои слова? – произнёс он слишком торжественно и важно.
– Я не… – Клэр вспомнила, что в квартире Майи наверняка должны были остаться её вещи. – В поместье Милановых, откуда меня доставили к вам, есть девушка из прислуги. Её зовут Майя. Она нашла меня на Дворцовой площади и отнесла в квартиру, в которой жил некогда её брат. Там осталась моя одежда. Вас удивит фасон моего наряда, но главное не это! Главное – это то, что в брюках будет лежать бумага, на которой изображён ваш дворец и стоит дата того самого дня, когда я перенеслась сюда.
Каждый раз, когда Клэр пыталась объяснить императору про свои джинсы или про то, что этой бумагой был билет в его дворец, она заикалась и несколько секунд подбирала подходящие для этого слова.
– Как какая-то купленная бумага сможет убедить меня в правоте ваших слов?
– Когда Ваше Императорское Величество увидит её собственными глазами, то поймёт, – её голос наконец зазвучал уверенно. Клэр сделала шаг вперёд, чтобы поклониться императору, и, вмиг обессилев, упала на колени.
На лице Александра появился ужас. Он незамедлительно вызвал стражу.
– Немедленно лекаря! Срочно! – грозно приказал государь, отойдя от Клэр в сторону.
Личный врач императора находился рядом с его покоями, поэтому очень быстро поспел на крики Его Величества. Клэр перестала слышать, что происходит вокруг. Она мирно закрыла глаза и, ничего не чувствуя, вновь погрузилась в сон.
