Он за руки мать и ребёнка берёт,Он мрачен, суров и твёрд:«Спокойно! Ни с места! Ни шагу вперёд!Ты их потеряешь, милорд!»Британец рванулся и помертвел,Не в силах страх превозмочь,На лоцмана молча он дико глядел:Свершилась расплата – и он поседелЗа эту короткую ночь.Но Терье лицом и душой просиял,От сердца его отлегло,Он руки ребёнка поцеловалИ вдруг улыбнулся светло.И громко сказал он: «Свободен я!Как радостно стало жить!Теперь Терье Викену все друзья,Теперь не клокочет уж кровь мояМучительной жаждой отмстить!За долгие годы в тюремной тоскеЯ высох умом и душой,Как стебель, растоптанный на песке;Но ныне – мы квиты с тобой!Я всё тебе отдал, чем был богат,Я честно тебе заплатил,Пусть был я сегодня с тобой грубоват, –Не сетуй: уж в этом сам Бог виноват –Таким он меня сотворил!»Наутро узнали, что яхта цела,Что все спасены притом,О Терье Викене слава пошлаВ народе из дома в дом.Никто о случившемся ночью не знал,Но начали все замечать,Что Терье весёлым и бодрым стал,Тот нрав, что в плену он совсем потерял,Как будто обрёл он опять.И лорд, и миледи, прощаясь, вошлиВ убогий рыбачий домИ лоцмана крепкие руки трясли,Признав спасителя в нём.И Терье им дружески руки потряс,Дитя по кудрям потрепал.«Признаюсь вам: вот кто поистине спасОт страшной минуты меня и вас!» –Он тихо и просто сказал.Вот яхта, Хеснессунн проходя,Норвежский подняла флаг,Там дикий прибой, ничего не щадя,Кипел на белых камнях.Рукой по глазам Терье Викен провёл –Покончено с долгим сном:«Всего я лишился и всё приобрёл,И если Ты, Боже, меня нашёл,Спасибо Тебе на том!»Таким я видал его: в город онБогатый привёз улов.Он был, несмотря на седины, силён,И весел, и бодр, и здоров.Он девушек словом смущал озорным,С юнцами, как равный, шутил,Он в лодку садился прыжком однимИ, парус поставив, отважно под нимВ морскую даль уходил.У церкви Фьере могила есть –Открыта ветрам она,Ни дерева нет, ни ограды здесь,Но надпись на камне видна.Одиннадцать букв: «Терье Вийкен» и годКончины – белеют на нём,Дожди его моют, и солнце печёт,И дикое племя цветов растёт,Его окружая венком.После чтения они ещё немножко побеседовали.
– Это всё случилось не у нас во фьорде, а гораздо южнее, – сказала бабушка Аста. – Он вышел на лодке в море, а ведь тогда была война. Хорошо, что сейчас её нет.
– Верно, – согласился Каос. – Но Бьёрнар говорит, что в других странах есть. А этот Терье Викен был отличным моряком, правда?
– Правда, – согласилась бабушка. – Можем ещё завтра вечером про него почитать, чтобы ты с ним лучше познакомился.
– Ага, и послезавтра тоже, – сказал Каос и заснул.
<p>Аслак, король лодки</p> 
