Так они и сидели вместе, молча, еще полтора часа. Уже давно солнце зашло, а на небе показался тонкий-тонкий лунный серп. Звезды настоящей россыпью драгоценных камней засыпали все небо. Внимательный наблюдатель различил бы в этом скопище небесных светил Млечный Путь — слабо мерцающую звездную дорожку, выглядящую как пролитая на стол жидкость белого цвета. Хэппи-Долл уже уснул, вот погас последний огонек в доме — там жил Лампи, закоренелый сова, который любил поздно вечером посмотреть телевизор, перекусывая Бог весть каким по счету бутербродом. И теперь городок, едва освещаемый звездами, походил на каменистый берег, посыпанный какой-то магической пыльцой.
— Смотри, Кэтти, — енот взял кошку за подбородок и слегка поднял. — Звезда падает.
— Надо бы желание загадать… — задумчиво ответила девушка.
— А что бы ты хотела пожелать? — спросил старший близнец, одновременно доставая заветную коробочку.
— Я хочу… — черношерстная задумалась, потом подняла голову, закрыла глаза и выпалила: — Чтобы мы с тобой всегда были вместе, как муж и жена.
Сразу же средний палец правой руки Кэтти почувствовал, как на него надевают что-то холодное и округлое. Кольцо. Блэк сразу же посмотрела на загадочно появившийся предмет украшения… И остолбенела, не умея найти нужных слов.
Это было действительно кольцо. Золотое. Украшенное тремя драгоценными камнями — бриллиантами. Вероятно, они ценились не меньше, чем в двадцать с небольшим карат. При свете звезд по всему колечку можно было разглядеть гравировку в виде вишневой ветки с плодами. Само по себе кольцо в общем виде было похоже на обручальное, просто немного приукрашенное. И оно могло означать только одно.
— Ты будешь моей… Женой? — прошептал Ворюга в ухо возлюбленной, слегка касаясь его губами.
С минуту кошка не отвечала. Все мысли, все эмоции внутри нее сбились в одну кучу от предложения енота в шляпе. Она пыталась сосредоточиться, но не могла. Сколько раз за всю свою жизнь она встречалась с молодыми животными. Которые точно так же дарили ей кольца, цветы, иногда конфеты и шоколад. Которые водили ее в разные романтические места. Которые говорили ей комплименты и клялись в своей любви. И которые через какое-то время охладевали к ней, не находя больше ничего интересного и привлекательного.
Но еще никто, никто не делал ей предложения выйти замуж. Причем в такой обстановке… И так быстро, буквально через месяц после знакомства.
— Д-да… — только и смогла прошептать она.
А через мгновение Шифти впился в ее губы французским поцелуем. Он целовал нежно, осторожно, тихонько углубляя поцелуй собственным языком, пытаясь выловить робкий язычок возлюбленной. Та же блаженно застонала, порозовела и чуть-чуть прикрыла глаза. Мир вокруг нее вдруг сжался до нее и енота. Как будто на свете существовали только они… И маленький ребенок, который хоть и не сформировался в плод, но все-таки давал о себе знать легкой мигренью и некоторой тяжестью в области живота. Енот и кошка забылись, отдаваясь друг другу. Он гладил ее по талии, по бедру, по животу, легонько массировал грудь. Она же просто мурлыкала и вибрировала всем телом, делясь с ним собственным теплом и лаской.
Поцелуй закончился. Но чувства остались. Шифти поправил свою шляпу и посмотрел на Кэтти-Блэк. Та выглядела немного утомленной. Неудивительно – то, что она пережила, обычно отнимало слишком много душевных сил.
— Может, пойдем ночевать в наш дом?
— А как же Лифти? Он же сегодня выписался и вернулся домой? — лунные глаза вопросительно посмотрели в изумрудные. — К тому же у тебя дома нет большой кровати…
— Я поговорю с братом — он поспит на диване. Я ему и одеяло, и подушку дам, — заверил старший близнец. — А наши кровати мы сдвинем. Ну, так что? Поедем ко мне?
— Давай.
Енот убрал скатерть, опустевшую миску от вишни и корзину в багажный отсек грузовика. Затем он бережно взял кошку на руки, усадил рядом с собой, сам сел за руль, и машина плавно поехала к дому близнецов.
Доктор вошел в темную комнату. Там было очень темно, не горела ни одна лампа. Темнота была настолько густой, что ни один нормальный зверь, пусть даже обладавшим острейшим ночным зрением, не смог бы ничего различить. Но ярко-красные глаза демона видели все даже в такой кромешной завесе тьмы.
А видел он то, что его удовлетворило и едва ли не обрадовало. Он видел пленников. Сниффлс и Гигглс исправно выполняли свою задачу. За один только день они выполнили половину приказа — изловили троих жителей Хэппи-Долла. И теперь несчастные были накрепко прикованы цепями и связаны ремнями. Их глаза были завязаны черной плотной тканью, а рты — профессионально заткнуты кляпами. Они сидели в каком-то кругу спиной друг к другу и тихо мычали, уже не надеясь выбраться из своего дрянного положения.
