Но во взгляде дам и мужей она, к своему удивлению, прочитала одобрение. Они стали переговариваться между собой, кивая и улыбаясь.
– И что за книги ты брала читать? – обратилась Художница к Тейлор.
– Какие смог бы мне вынести кладовщик, я сама не выбирала, да и кладовщик тоже. В основном попадались книги по истории, математике и произведения Шекспира.
– Да, Шекспир – популярный нынче автор, – кивнула Художница. – Твое стремление к знаниям, науке и литературе похвально. И ты совершенно неслучайно повстречала Лекса и Григория.
– Я тоже так считаю, – кивнула в ответ Стю. – Лишь бы знать, зачем была предписана наша встреча.
– Думаю, предписали все мы сами себе эту встречу еще задолго до появления здесь, – Художница хитро улыбнулась и предложила пройти в ту комнату, где висели пять самых больших картин.
В сопровождении новой компании Стю приблизилась к полотнам. Вблизи они казались настолько величественными и большими, что у нее перехватило дух.
– Как вы смогли нарисовать такое огромное полотно? Здесь работы не на один год. К тому же оно кажется настолько огромным, что даже при одной мысли о масштабах предстоящей работы опускаются руки. Здесь нужны непомерные усердие и самодисциплина…
– Ты права, без самодисциплины, самоконтроля и волевого усилия никакое действие в этом мире невозможно. Этот мир очень сложный, и буквально любое новое знание или умение нужно отвоевывать, и необходимо прилагать огромные усилия, чтобы начать, продолжить и закончить свое дело.
– Неужели у вас никогда не опускались руки?
– Опускались. Но я рисовала не только для того, чтобы явить миру свои произведения и снискать славу, а просто из-за того, что мне нравится искусство, я вижу в этом свою жизнь. Это мое самовыражение, без которого я бы просто-напросто не смогла существовать в этом мире. Если ты не выражаешься через какое-либо действие, ты умираешь. Я рисовала в свое удовольствие, я видела эти образы и переносила их на полотна. У меня никогда не стояла цель заработать денег или прославиться. У меня стояла цель вывести наружу свой глубоко спрятанный внутренний мир.
– К слову, у тебя это получилось, – вдруг сказал, вышагивая из толпы, высокий подтянутый загорелый мужчина. Он держал в руках бокал красного вина, из чего Стю сделала вывод, что этот мужчина тоже причислен к близкой компании Художницы. – Позвольте представиться, леди Стю. Донни Роббер, в узких кругах известен под псевдонимом Первооткрыватель. Возможно, вы читали мои труды. Но если же нет, я, впрочем, не обижусь и не удивлюсь – мои рукописи не встречаются в открытом доступе.
Художница приблизилась к новому гостю и обняла его.
– Я так рада, что ты все-таки приехал.
После она обратилась ко всем остальным окружавшим ее гостям.
– Сэр Донни Роббер – мой давний знакомый, и он только что вернулся из путешествия по Индии.
Среди гостей прокатился шепоток и возгласы удивления и одобрения.
– Его натура такова, что всегда требует открытий и поисков нового и необычного, новых знаний, новых умений, новых знакомств, постижения новых тайн и углубления в них. Его самовыражение в этом, точно так же как и мое самовыражение в картинах. Если Донни будет не против, то расскажет вам о своих путешествиях.
– А теперь я хотел бы на правах первооткрывателя открыть привезенную мною бутылку напитка и распить его вместе с вами! – скомандовал Донни.
Джентльмен в белом фраке выкатил поднос с большой бутылью с ручкой из темного стекла, закрытой пробкой и запечатанной воском. Донни Роббер ловко откупорил бутыль и, держа ее за ручку, разлил напиток в тут же стоящие пустые бокалы. Он прокомментировал, что данный напиток есть напиток богов и называется он нектар. И каждому испившему его он дарует вечную молодость и божественную силу.
Стю восприняла рассказ о напитке лишь как сказку, рассказанную для увеселения присутствующих. И даже отпитый глоток не уверил ее в обратном. Напиток был пряным, сладким, терпким и освежающим.
– Стю, что ты видишь на этих полотнах? – после испитого напитка спросила Художница, возвращаясь к самым большим полотнам в комнате.
– На первой – будто верховного и величественного мужчину, который вполне может сойти за короля. На второй – таинственную, мудрую и такую же величественную женщину, которая может быть его женой – королевой. На третьей – смелую, сильную и любящую женщину-мать. На четвертой – властного и бескомпромиссного мужчину, крепко держащего власть в своих руках. На пятой, – Стю задумалась: на пятой тоже высился мужчина, но к нему она никак не могла подобрать определение, – этот мужчина будто олицетворяет все качества и все умения, которые только могут быть в этом мире, – закончила она.
– Интересно, – задумчиво ответила Художница, – таким образом изображения на картинах еще никто не описывал. Посмотри на них еще, может, ты сможешь заглянуть еще глубже?
