Барон тут же полез под диван прятаться. Он слишком хорошо знал эти одежки. Это был его сценический образ, в котором он выступал на новогоднем корпоративе у Саши в институте. Эту выступление Саше зачли в счет его курсовой. Но репетировали они его с Бароном целый месяц, и прошло оно с блеском. А Барон даже сорвал аплодисменты самого декана, заглянувшего к ним на звуки шумного веселья.
И все бы ничего, но Саше обязательно хотелось, чтобы Барон выступал в костюме, а сам Барон питал стойкое отвращение ко всякого рода нарядам. Он даже ошейник переносил с трудом. А уж напялить на него рубашку и брюки было делом в высшей степени энергозатратным. Поэтому сразу же после выступления этот костюм был убран в дальний ящик, а затем перевезен от греха подальше на дачу. И вот теперь он снова пригодился!
– Надо, Бароша! – уговаривал пса Саша, таща его за лапы наружу. – Для дела надо!
Барон рычал и отказывался. И все же Саша его выволок, очистил от налипшей на длинные уши пыли и паутины и посадил перед собой.
– Надеюсь, ты помнишь нашу программу? – строго спросил он у него. – А ну! Кувырок! Пиф-паф! Ой-ой-ой! Умирает зайчик мой. Ну, Барон, ты зайчик!
Но Барон лишь пятился и всем своим видом давал понять, что ни за что не наденет на себя эти мерзкие штуки.
– Хотя бы колпачок!
На колпак Барон нехотя все же согласился, хотя все время норовил его стянуть со своей головы. Но Саша зорко за ним присматривал, и у Барона ничего не получилось.
– Пойми, ты – собака-артист, – уговаривал его Саша. – Мы с тобой поедем давать представление перед взыскательной публикой. Без костюма нас просто могут не пустить. Подумают, что ты какой-то простой пес, а не прославленный артист.
Барон слушал и продолжал свои попытки цапнуть зубами резинку, с помощью которой и держался картонный колпак у него на голове.
– Я понимаю, что ты по-дурацки в нем выглядишь. Но это как раз для дела нам и нужно. Впрочем, могу уехать и без тебя. Оставайся дома с котятами.
Услышав это предложение, Барон моментально забыл про свои попытки избавиться от колпака и всем своим видом дал понять, что он готов на любые условия. В знак того, что он все понял, он положил на колено Саше свою правую лапу и льстиво ткнулся ему в подбородок головой.
«Ты же мой самый лучший хозяин. И у тебя самый лучший в мире питомец. Ты должен всегда об этом помнить».
И снова что-то неуловимо кошачье почудилось Саше в поведении его собаки. Он не верил своим глазам. Неужели Барон успел нахвататься от котят их кошачьих замашек? Но они же такие маленькие и так старательно пытаются лаять. И все же вот сидит пес, но взгляд у него совершенно кошачий. Неужели не только котята научились от Барона собачьим штукам, но и Барону перепало от котят их трогательной кошачьей вкрадчивости и умения манипулировать окружающими?
– Ты это… того. Не опозорь меня, смотри. А то повозишься еще месяц-другой с этими кошками, а потом, глядишь, и сам замяукаешь. Представляешь, если это случится с тобой на соревнованиях? Позор до конца дней нам с тобой гарантирован.
Понятно, что Саша шутил. Но Барон все равно от него отвернулся. Обиделся. Что-то никогда прежде Саша за ним такой повышенной обидчивости не замечал. А тут вдруг здрасте!
Добираться до «Вишенки» Барону пришлось в рюкзаке, в который Саша его засунул с головой, спасибо, что хоть без нелюбимого колпака. Впрочем, от колпака бы за время тесного соседства в пути с Бароном ничего бы и не осталось. А так Саша нацепил его на голову поверх шлема и доехал колпачок – творение маминых рук – в целости и сохранности. Прохожие, правда, вслед смотрели и автомобилисты пальцем у виска крутили, так это ведь сущие пустяки, все равно Саше с ними больше не встречаться.
Зато в самой «Вишенке» они произвели настоящий фурор. Старички и старушки, которых тут было подавляющее большинство, радостно сбежались, чтобы поглазеть на новую забаву. Никого из них не удивило, что им сейчас покажут выступление дрессированной собачки. И в саму «Вишенку» самозваных артистов пустили без разговоров, стоило лишь только Саше заикнуться о том, что ему уже оплачено цирковое выступление с дрессированной собакой. Как он понял, такого рода развлечения тут были в порядке вещей.
Постояльцы «Вишенки» ничем не напоминали ему несчастных, полуголодных и забитых обитателей домов престарелых, как их любят показывать СМИ. Тут все выглядело совсем иначе. Пожилые люди ходили в модной и удобной одежде, некоторые явно только что принимали водные процедуры, потому что щеголяли в белых банных халатах. И все они без исключения выглядели ухоженными и опрятными. Многие дамы были с макияжем и парадными прическами, словно сейчас на выход. От мужчин пахло хорошим парфюмом. И они так искренне радовались жизни, что у Саши возникло ощущение, что они с Бароном попали в гости в какой-то детский сад, такой веселый гомон стоял вокруг них.
– Какой хорошенький! – восхищались пожилые люди Бароном. – Он не кусается? Можно погладить?
