Айрис поняла, что ей просто необходима та самая газета, где был в деталях описан день исчезновения леди Клементины и названы все гости и слуги. Её мать точно читала эту статью, но вряд ли у неё сохранился настолько старый номер. Можно её спросить – она, кстати, так и не отправила письмо, и будет стимул наконец его дописать.
Айрис, понимая, что всё равно не сможет сейчас работать – так велико было волнение – поднялась наверх за незаконченным письмом.
На этот раз она не сомневалась в важности своей находки, и слова сами собой приходили в голову, и не нужно было ничего по три раза переписывать:
«Мне кажется, я нашла то, что действительно может стать открытием! Я приехала сюда с уверенностью, что это произойдёт, и оно произошло. И нет, моя находка не неизвестная трагедия Шекспира и не потерянный дневник Клементины Ситон. Пока я даже не могу сказать тебе, что это, потому что это очень личная вещь. Мне нужно сначала обсудить это с Дэвидом Вентвортом».
Айрис добавила просьбу поискать газету и положила листок в конверт.
Письмо она отвезёт на почту сама.
Айрис минут пять думала над тем, что делать с драгоценным черновиком леди Клементины. Не могла же она оставить его на столе? Забрать листок в свою комнату она тоже не решалась: если бы кто-то заметил его там, то мог бы решить, что она собирается утаить письмо или, может быть, присвоить. В конце концов, Айрис вложила письмо обратно в книгу и поставила её на полку. Как будто ничего и не было.
Хотя сейчас было всего одиннадцать утра и по всем правилам она должна была работать в библиотеке над каталогом, Айрис поехала в деревню.
Летняя жара наконец-то отступила, и поездкой до Тэддингтон-Грин можно было бы даже наслаждаться, если бы не мысли о письме, Руперте, гостях, чеках и прочем.
Айрис ездила в Тэддингтон-Грин по два-три раза в неделю, иногда потому, что ей действительно что-то было нужно, иногда просто чтобы развеяться. За это время она изучила все магазинчики на главной улице, и поэтому после того, как завезла письмо на почту, остановила велосипед у захудалой на вид лавчонки мистера Дента. Если верить надписи над входом, в магазинчике продавались скобяные товары; но этой вывеске, разумеется, верить было нельзя. У мистера Дента можно было купить всё: и книги, и столовые приборы, и писчую бумагу, и непромокаемые плащи, и фонарики, и галеты. Если бы вам понадобились садовые ножницы или соломенная шляпа, их тоже можно было бы там отыскать. В отдельном углу были сложены старинные вещи: вперемешку хлам, достойный разве что свалки, и настоящий антиквариат. Газеты у мистера Дента, разумеется, тоже были: и обычная стойка возле входа, и старые журналы, которые пыльными стопками громоздились в «антикварном» углу.
Мистер Дент поздоровался, а потом снова вернулся к своим делам: он, скрючившись за стойкой, что-то записывал в толстую тетрадь.
Айрис для вида посмотрела на новые газеты, повертела кофейник, к ручке которого была привязана ниточка с бумажным ценником, а потом подошла к мистеру Денту поближе, хотя в магазинчике никого не было и никто не мог их подслушать. Просто ей было неловко. Она пыталась убедить себя, что это всего лишь обычное, здоровое, свойственное всем людям любопытство, но получалось плохо. В её любопытстве по отношению к семье Вентворт, кажется, с самого начала не было ничего здорового.
– Мистер Дент, вы ведь давно держите магазин? – осторожно начала Айрис. – Я хотела спросить вас про одну газету. Старую. Вы, наверное, слышали…
– Какую именно? – мистер Дент поднял глаза от тетради.
– «Сандэй миррор», насколько я помню. В ней была большая статья про Вентвортов, якобы служившая в поместье горничная рассказала…
– А! Знаю-знаю, – снова не дал ей договорить мистер Дент. – Только тогда эта газета ещё называлась по-старому, «Сандэй пикториал». Ох, наделала та статья шума у нас, боже мой!
– Так вот, я подумала, может, вы знаете кого-то в деревне, кто бы мог её сохранить и дал бы мне почитать? Я здесь мало с кем познакомилась.
Мистер Дент понимающе хмыкнул и почесал взлохмаченный седой затылок.
– Знаете, мисс, я думаю, что в каждом, – он поднял вверх потрескавшийся указательный палец, – в каждом доме на тридцать миль в округе есть тот самый номер «Пикториал» со статьей про Вентвортов, но ни один человек не сознается, что он её читал. Ведь они же не сплетники какие-нибудь, – язвительно добавил Дент.
– Получается, что и у вас эта газета есть? – спросила Айрис.
– Даже четыре экземпляра, если мне не изменяет память. А было больше. Я так и знал, что через несколько лет эта история приобретёт куда большую ценность, так что купил несколько номеров. С удовольствием продам вам один!
Айрис чуть не рассмеялась. Всё складывалось даже проще, чем она думала.
– С удовольствием его у вас куплю! – объявила она.
– Не так быстро, мисс Бирн, не так быстро. Мне потребуется какое-то время, чтобы найти эту газету… Что-то не могу так сразу вспомнить, куда же я её прибрал. Кажется, положил в коробку наверху.
– Хорошо, я приеду завтра.
– Нет-нет, к завтрашнему дню я не обещаю.
– В воскресенье?
