– Вы найдете, Джервис, что эта подборка сведений заслуживает более тщательного изучения, особенно если рассматривать ее в связи с дальнейшими данными:
Он передал мне список, и я внимательно просмотрел его, сосредоточив свое внимание на различных пунктах, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в одно целое. Но, как я ни старался, из массы, казалось бы, не связанных друг с другом фактов не удавалось сделать никакого общего вывода.
– Ну? – сказал Торндайк, с серьезным интересом наблюдая за моими безуспешными усилиями. – Что вы думаете об этом?
– Ничего! – воскликнул я в отчаянии, бросив бумагу на стол. – Конечно, я вижу, что здесь есть несколько странных совпадений. Но какое отношение они имеют к делу? Я понимаю, что вы хотите отменить завещание, которое, как нам известно, было подписано без принуждения в присутствии двух уважаемых людей, которые поклялись в подлинности документа. Это ваша цель, я полагаю?
– Конечно, это так.
– Убей меня, не пойму, как вы собираетесь это сделать. Все эти совпадения, факты и детали, кажется, могут запутать любой мозг, кроме вашего собственного.
Торндайк негромко хихикнул, но не стал продолжать эту тему.
– Положите этот список в свою папку вместе с другими записями, – сказал он, – и подумайте над ним на досуге. А сейчас я хочу получить от вас небольшую помощь. У вас хорошая память на лица?
– Достаточно хорошая, я думаю. Почему вы спрашиваете?
– Потому что у меня есть фотография человека, которого, как мне кажется, вы могли встречать. Просто посмотрите на нее и скажите, помните ли вы это лицо.
Он достал из конверта, пришедшего с утренней почтой, фотографию и протянул мне.
– Я определенно где-то видел это лицо, – произнес я, поднеся портрет к окну, чтобы рассмотреть его более тщательно, – но сейчас не могу вспомнить где.
– Попробуйте. Если вы уже видели это лицо, вы должны быть в состоянии вспомнить человека.
Я пристально смотрел на фотографию, и чем больше я смотрел, тем более знакомым казалось лицо. Вдруг в моей голове промелькнула личность этого человека, и я в изумлении воскликнул:
– Не может быть! Это же тот бедолага из Кеннингтона, мистер Грейвс?
– Думаю, что может, – ответил Торндайк, – и я думаю, что так оно и есть. Но можете ли вы поклясться в этом в суде?
– Я твердо убежден, что на фотографии изображен мистер Грейвс. Я готов поклясться в этом.
– Ничего больше и не нужно. Опознание – это всегда вопрос мнения или уверенности. Свидетель, который опознаёт человека только по описанию, ненадёжен. Я думаю, что ваших показаний под присягой будет достаточно.
Нет нужды говорить, что появление этой фотографии вызвало у меня огромное удивление и желание узнать, откуда она у Торндайка. Но поскольку он бесстрастно положил ее в конверт без объяснений, я почувствовал что не могу задать ему прямой вопрос. Тем не менее, я рискнул косвенно затронуть эту тему.
– Вы получили какую-нибудь информацию из Дармштадта? – спросил я.
– От Шницлера? Да. Я узнал по официальным каналам, что доктор Г. Вайс им незнаком, всё, что они о нём знают, это то, что он заказал у них и получил сто граммов чистого хлоралгидрата морфия.
– Все сразу?
– Нет. Отдельными посылками по двадцать пять граммов каждая.
– Это все, что вы знаете о Вайсе?
– Это все, что я действительно знаю, но не всё, что подозреваю, и с достаточно вескими основаниями. Кстати, что вы думаете о вознице?
– Я не думал о нем. Почему вы спрашиваете?
– Вам никогда не приходило в голову что возница и мистер Вайс были одним и тем же человеком?
– Нет. Они были абсолютно разными людьми. И один был шотландцем, а другой – немцем. Но, откуда вы знаете, что они являлись одним и тем же человеком?
