Юла снова почувствовала разочарование. Она сидела молча до тех пор, пока в комнату не вошел служащий с листом, на котором было что-то напечатано на машинке. Он вручил этот лист суперинтенданту.
— Ну, вот, — сказал тот, когда служащий вышел. — «Кровные братья Святого Себастьяна», «Друзья мира», «Клуб товарищей», «Сторонники угнетенных», «Дети Москвы», «Красные знаменосцы», «Селедки», «Друзья падших» и еще с полдюжины подобных.
Он передал список Юле, и при этом глаза у него явственно сверкнули.
— Вы даете его мне, — сказала Юла, — потому что знаете, толку от него никакого. Вы хотите, чтобы я вообще не занималась этим делом.
— Предпочел бы, — ответил Баттл. — Видите ли, если вы поднимете суету вокруг этих «Семи Циферблатов», для нас это обернется дополнительными хлопотами.
— Придется за мной следить?
— Придется, леди Эйлин.
Юла встала. И остановилась в нерешительности. Пока что победа была за Баттлом. Но тут она припомнила маленький штрих и решила, воспользовавшись им, сделать еще одну попытку:
— Я только что сказала, что любитель может добиться того, чего не может профессионал. Вы не стали мне возражать. Потому что вы — человек честный, суперинтендант Баттл. Вы знали, что я права.
— Продолжайте, — спокойно сказал Баттл.
— Тогда, в Чимнизе, вы позволили мне помочь. Не позволите ли и теперь?
Казалось, Баттл обдумывает это предложение. Ободренная его молчанием, Юла продолжала:
— Вы меня хорошо знаете, суперинтендант Баттл. Я всюду сую нос. Во все вмешиваюсь. Я не собираюсь становиться вам поперек дороги или делать то, что делаете вы и делаете гораздо лучше. Но если случится так, что вам сможет пригодиться любитель, вспомните обо мне.
Снова наступила пауза, а потом суперинтендант Баттл спокойно произнес:
— Вы хорошо сказали, леди Эйлин, лучше нельзя. Но могу ответить одно: то, что вы предлагаете, опасно. А уж если я говорю, что опасно, значит, так оно и есть.
— В этом я убедилась, — сказала Юла. — Я не дура.
— Вот именно, — сказал суперинтендант Баттл. — Из всех известных мне молодых леди вас меньше всего можно заподозрить в этом грехе. Но кое в чем я пойду вам навстречу, леди Эйлин. Я дам вам небольшой намек. И сделаю это только потому, что никогда не был сторонником девиза: «Безопасность превыше всего!» По-моему, половина людей, которые всю свою жизнь только и стараются не попасть под автобус, заслуживает того, чтобы их задавили. Избавимся от них, и слава Богу! Они ни на что не годятся.
От этого примечательного высказывания, сорвавшегося с губ добропорядочного суперинтенданта Баттла, у Юлы захватило дух.
— Какой же намек вы хотите мне дать? — спросила она наконец.
— Вы ведь знаете мистера Эверсли, не так ли?
— Билла? Ну конечно! Но при чем…
— Я думаю, мистер Билл Эверсли сможет рассказать вам о «Семи Циферблатах» все, что вы захотите.
— Билл знает об этом деле? Билл?!
— Я этого не сказал. Не об этом речь. Но думаю, что, будучи весьма сообразительной леди, вы сможете узнать у него все, что вам нужно. А теперь, — твердо сказал суперинтендант Баттл, — я не вымолвлю больше ни слова.
На следующий вечер, отправляясь на свидание с Биллом, Юла была полна ожиданий. Билл кинулся к ней, сгорая от восторга.
«А Билл и правда очень мил, — подумала Юла. — Точь-в-точь большой неуклюжий пес, ишь как машет хвостом, хочет показать, до чего он рад».
Большой пес тем временем обрушил на нее целый град отрывистых восклицаний, вопросов и сведений:
— Выглядишь потрясающе, Юла! До чего же я рад тебя видеть! Я заказал устриц — ты ведь любишь устриц, правда? Ну как дела? Чего ради ты столько времени околачивалась за границей? Хоть весело было?
— Да нет, жуткая тоска, — ответила Юла. — Просто отвратно. Одни старые больные полковники — греют кости на солнышке, да еще усохшие старые девы, этих только держи — так и носятся по церквам да библиотекам.
— По мне, в Англии лучше всего, — заявил Билл. — Я бы закрыл все эти заграницы. Кроме Швейцарии. Вот Швейцария хороша. Собираюсь туда на Рождество. Может, присоединишься?
— Подумаю, — ответила Юла. — А что ты поделывал в последнее время?
Это был опрометчивый вопрос. Юла осведомилась просто из вежливости и чтобы начать беседу на нужные ей темы. Но оказалось, что Билл только этого вопроса и ждал.
— Вот об этом-то я и хотел тебе рассказать. Ты, Юла, умница, а мне позарез нужен совет. Музыкальное шоу «Черт бы побрал эти глазки!» знаешь?
— Знаю.
— Ну так вот. Я тебе расскажу такую грязную историю, просто жуть берет. Уж эти театральные шакалы! Есть одна девчушка — американка — ну просто обалдеть…
У Юлы упало сердце. О неприятностях, выпавших на долю своих подружек, Билл мог рассказывать бесконечно, остановить его не было никакой возможности.
— Так вот, эта девушка, ее зовут Бейб Сент-Мор…
— Интересно, где это она разжилась таким именем? — съязвила Юла.
Билл ответил не задумываясь:
— В справочнике «Кто есть кто». Открыла и раз! — ткнула пальчиком в страницу. Ловко, правда? Ее настоящая фамилия Голдшмит или Абрамайер, короче говоря, что-то совершенно непроизносимое.
— Да уж! — согласилась Юла.
