Я отвернулась от вампира и, когда никакой видимой реакции с его стороны на это не последовало, стала думать. Что мы имеем? Меня схватил и спрятал неизвестно где один из Вольтури, и, похоже, пока мы никуда не собираемся. Зачем? Так, он не напал на меня сразу, а только после того, как я подтвердила своё родство с папой. Вероятно, я сейчас заложник. Как я знаю, папу хотят убить… я мысленно усмехнулась — со мной или без меня, у них это не получится. Как он вообще догадался? Хм… Джейн что-то говорила о специфике наших с отцом запахов. Логично предположить, что мой запах вампира и привлёк. Что я могу предпринять? На первый взгляд, ничего. Боль немного уменьшилась, но не пропала, и я чувствовала жуткую слабость. Попасть бы на солнце… солнце! Уверена, мой похититель понятия не имеет, как мы с отцом питаемся. А что, если попросить его вынести меня на свежий воздух? Судя по свету на стенах, сейчас день. Всё же, если он до сих пор меня не убил, значит, пока я нужна живая. Может, проявит хоть немного заботы обо мне, а?
Я снова повернула голову в его сторону и обратилась к здоровяку как можно более жалостливо: — Слушай, мне очень фигово… может, хоть вынесешь меня отсюда свежим воздухом подышать? Пожалуйста…
Вампир посмотрел на меня несколько секунд, затем прищурился: — Не так уж тебе и плохо. Я отлично слышу твой пульс и дыхание. Лежи тихо. А будешь и дальше надоедать, имей ввиду — у меня женщин давненько не было, а тут ты под рукой, — его глаза недобро сверкнули. Я вся похолодела. Лучше действительно мне помолчать. Он явно не шутит, а быть изнасилованной как-то совсем не хочется…
Я снова отвернулась. Похоже, сейчас я действительно не могу ничего, кроме как ждать. Либо того, что чёртова слабость пройдёт, и я смогу разорвать путы и сбежать, либо того, что папа, в конце концов, разберётся с Вольтури и придёт за мной. Но как он найдёт меня?.. Тут я вспомнила про Деметрия. Говорилось, что он может определить местоположение кого-либо, где бы тот ни находился. Меня он, может, и не видит, но своего соклановца точно найдёт! Если только мой похититель не решит вдруг разделаться со мной раньше… Ну почему я такая идиотка? Зачем мне обязательно надо было с ним драться? А если уж начала, то какого чёрта это надо было превращать в развлечение? Доигралась…
Прошло некоторое время, пока я поняла, что лучше мне не становится. Я всё так же чувствовала себя абсолютно обессиленной, а тело отзывалось болью при движениях. Видимо, организм израсходовал последний запас энергии на то, чтобы вывести себя из критического состояния… однако для того, чтобы прийти в норму, мне нужно питание извне. Но где его взять? Если бы мой тюремщик решил, что мне становиться хуже… хм…
Я стала стараться дышать несколько неровно и с небольшим хрипом. Постепенно усиливая и то и другое. Ритм сердца от такого дыхания тоже становился несколько неравномерным.
Неуверенна, сколько это продолжалось, прежде чем я услышала едва заметный вздох и лёгкие шаги в свою сторону. Ледяная рука бесцеремонно схватила мои связанные запястья, и подняла с каменного пола, словно я не живое существо, а чемодан. А через мгновение движения я уже лежала на траве, недалеко от входа в пещеру. На спине. Учитывая, что руки были спутаны сзади, положение было несколько неудобным… но на это я не обратила никакого внимания, ведь на меня светило Солнце, уже начавшее клониться к горизонту!
Его лучи ласкали открытые участки моей кожи, и от этих мест по всему телу начало разливаться тепло. Я чуть не застонала от удовольствия. Оно было настолько острым, особенно при моём теперешнем истощении, которого со мной еще ни разу в жизни не бывало, что я напрочь забыла, где и с кем сейчас нахожусь. И совершила ошибку…
На меня внезапно накатило непреодолимое желание потянуться, и я подчинилась ему, совершенно позабыв о своих стальных путах. На солнце я пробыла всего ничего, и до полного восстановления было далеко, так что моё движение их не порвало, но они тихо заскрипели от напряжения…
То, что произошло дальше, иначе, как кошмаром, назвать было нельзя. Первое, что я почувствовала — мощный пинок в бок, секундное чувство полёта, удар спиной обо что-то твёрдое и падение лицом вниз на что-то не менее твёрдое. Через мгновение тело отозвалось болью, но уже не внутренней, а в местах ударов. Я простонала сквозь стиснутые зубы.
Затем меня резко перевернули на спину, и надо мной нависло перекошенное от ярости лицо вампира.
— Чёртово отродье! — прорычал он. — Сбежать вздумала? Ну уж нет! И за эту попытку ты заплатишь!
После этого на меня посыпались удары. Не думаю, что он хоть немного сдерживался. Некоторые были настолько сильными, что каменный пол подо мной крошился, Вольтури практически вбивал меня в него. Пару раз сквозь боль до моего слуха доходил негромкий хруст, а за ним следовала ещё более сильная боль. На втором таком хрусте у меня уже не осталось сил сдерживаться, и я закричала в голос.
Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем это прекратилось. Я попыталась открыть глаза, но от боли и слёз всё плыло.
