– А дальше?
Лаэрт печально вздохнул и продолжил:
– Принцесса Эльяна превзошла все лучшие описания менестрелей! Если бы вы только видели эти локоны медового цвета и голубые, как небо в ясный день, глаза! Вы представить себе не можете, какой красавицей стала принцесса! Это не удивительно – на её крестинах присутствовали самые уважаемые феи!
Феликс в этот момент нагнулся к самому уху Лёшки и прошептал:
– Если он еще несколько минут будет описывать принцессу, я засну.
Лёшка прыснул в кулак.
– Вам не интересно, – огорчённо вздохнул король.
– Нет-нет, мы слушаем, – поспешил заверить его Лёшка и тихонько стукнул принца между лопаток, чтобы больше не смешил.
– Продолжайте, – добавил Феликс, незаметно давая сдачи. – Очень любопытно. Как эта история про свадьбу связана с путешествием на Край Земли?
– Я продолжу, с вашего позволения, – Лаэрт издал очередной вздох. – Я был очарован принцессой. Увы… менестрелей слушал не только я. Женихи в Филиппонию слетались, как осы на варенье в летний день. Когда я прибыл, вокруг Её высочества крутились пять принцев, два знатных графа и один пожилой маркиз, который тоже питал надежду заполучить руку и сердце… Отец Эльяны устраивал во дворце балы, охоты, званные обеды… Все мы, потенциальные женихи, старались изо всех сил заслужить благосклонность принцессы, так как король позволил ей самой выбирать себе мужа… Но красавица никого не выделяла особым вниманием… Однажды мы отправились охотиться на уток…
Лаэрт поворошил палкой угли. Сухие ветки вспыхнули, и осветили его лицо.
– Мы выехали ещё затемно, добрались до берега большого озера. Был потрясающий рассвет в то утро. Все остановились, любуясь. Когда взошло солнце, принцесса Эльяна сказала: «Я бы вышла замуж за того, кто принёс мне самый нежный кусочек зари для подвенечного платья!»
– Что? – не выдержал Феликс и повернулся в сторону Покрывала Рассвета.
Лёшка тоже посмотрел в том направлении. Рассвет, опрокинутый плашмя, напоминал море. Разве можно шить из него?
– Все сочли это остроумной шуткой, – с задумчивой улыбкой произнёс король. – Серьезно задумался лишь я. Доводилось слышать, что на самом Краю Земли каждое утро кто-то ткёт Полотно Рассвета. Я решил, что раз его ткут, значит это – ткань.
– Это совсем не… – начал Феликс, но Лаэрт его перебил.
– Через день, на утро, я написал письмо своей мачехе, что отправляюсь в дальний путь и вернусь неизвестно когда. Указал, что полностью доверяю ей управление Сан-Битанией. После этого запечатал письмо государственной печатью и отправил его с посыльным… Мне было не страшно за королевство, так как моя мачеха – мудрая и сильная женщина… Тихо, никому ничего не сказав, я покинул дворец Эльяны. Из вещей взял с собой арбалет, фамильную шпагу, любимую лютню и те немногие деньги, что не успел потратить в Филлипонии… Я понял, что изысканные комплименты приелись принцессе. Свою любовь к надо было доказать делом! Таким образом, я отправился на поиски Края Земли, чтоб привести моей возлюбленной самый нежный и прекрасный кусочек утренней Зари, – король с грустной улыбкой посмотрел на Полотно Рассвета.
Он надолго замолчал.
Мальчики тоже ничего не говорили.
В тишине разносилось прекрасное звучание заря-точек, да потрескивали ветки в костре. Феликс первым нарушил затянувшееся молчание:
– Давно вы путешествуете, Ваше величество?
– Скоро будет год, – невесело откликнулся Лаэрт.
– Вы бросили страну, которой угрожала опасность ради какой-то там принцессы? – Феликс пытливо взглянул на короля.
– Зачем мне королевство, если в нём не будет Эльяны? – возразил Лаэрт.
Лёшка присвистнул. Он знал, что все влюблённые глупеют, но никогда не думал, что человек может поступать от этого так глупо.
– Вы ни разу не пожалели о своём решении? – не унимался Феликс.
– Почему? Жалел, конечно, – грустно усмехнулся Лаэрт. – Все мы подвержены приступам слабости и малодушия в трудные моменты… Я вырос на всём готовом, не подозревая даже, что хлеб добывают из муки. Мне почему-то казалось, что он растет на деревьях, как яблоки в королевском саду. У меня было тому подтверждение… Когда я был маленький, искал хлебное дерево. Наш королевский повар каждое утро посылал слуг прицеплять к веткам свежие булочки… В жизни всё оказалось иначе. Я узнал, что такое голод и холод… Люди далеко не всегда низко кланяются при встрече…
– Это так, – согласился Лёшка.
– Так случилось, что в конце первой недели моего путешествия, человек, которого я встретил и принял как попутчика, меня обокрал, стащив и фамильную шпагу, и деньги… Как же я тогда расстроился!
– Не повернули назад? – спросил Лёшка.
