Тайна старого морга полностью

Хьюз осторожно ступил на мост, стараясь не смотреть на ярившуюся внизу реку. Он продвигался медленно, держась за скрипучие деревянные перила, и оказывался над бурлившим потоком всякий раз, как фургон качался влево.

Бикс спустился по крутому откосу к воде. Уровень реки поднялся на добрых три-четыре фута, и даже в бледном свете занимавшегося утра сержант видел, как вода подмывает глинистый берег, обнажая корни деревьев, вырывая мелкие кусты и ворочая камни. Бикс плавал не очень-то красиво, но сильными гребками, и обычно чувствовал себя в воде как рыба. Однако сейчас река внушала ему страх.

Хьюз добрался до фургона и покрепче схватился за перила, не доверяя качающейся машине. Бикс обыскал берег в обе стороны от моста. Когда мужчины спохватились, что давно не слышно новых криков о помощи, воздух прорезал отчетливый, как наступающий день, голос Сары, высокий, но сильный:

– Помогите, эй! Помогите!

А потом наступила ужасная пауза, которую через несколько секунд прервал пронзительный скрип: кто-то переключил передачу и задним ходом рванул с места, подняв фонтаны гравия. Позабыв об опасности, Хьюз и Бикс бросились назад. Они одновременно добежали до начала моста, но автобус, бренча всеми частями, уже скрылся из виду.

Сара с бьющимся сердцем следила, как Люк осторожно подбирался к фургону. Она слышала, как Бикс окликнул неизвестного раз и другой, но ответа не было. Она приготовилась по сигналу Люка бежать ему на помощь: не одному же ему вытаскивать с переднего сиденья искалеченного, а то и бездыханного отца О’Салливана! Она думала, как страстно любит Люка и какой он сильный – больше его не понадобится в этом убеждать! Он хороший, храбрый человек.

Неожиданно предутренние сумерки сменились кромешной тьмой: все скрыла непроницаемая повязка, грубо накинутая ей на лицо. Сару силой вытащили с водительского сиденья и бросили на пол автобуса. Она едва успела позвать на помощь, как рот ей заткнули той же тканью, а руки заломили за спину и связали. Перекатываясь по пыльному полу автобуса, она слышала шарканье и шорохи: что-то тяжелое втащили в автобус и бросили на пол. Автобус затрясся в такт урчанию мотора и двинулся задним ходом, затем развернулся и помчался прочь. Сару бросало из стороны в сторону и пребольно било о края сидений. Она насчитала один изгиб дороги, другой, большую кочку, маленькую, поворот, еще поворот. Если автобус вел отец О’Салливан – а никто иной не мог сидеть за рулем, – он не хуже самой Сары знал местные дороги. Сейчас они, по ощущениям, сделали большую петлю и возвращались в больницу, что не имело смысла. Наконец, автобус резко остановился, мотор выключили и сердце Сары упало: она узнала голос отца О’Салливана. Ей показалось, что он обращается к ней, и не поняла, отчего его панический шепот настолько тих. Но когда Сара услышала голос, ответивший викарию, кровь застыла у нее в жилах.

После слов Розамунды об исчезновении Сидни Брауна Аллейн, не мешкая, перестроил свой план. Сандерсу предстояло действовать в соответствии с ранее полученными распоряжениями, Брейлинг должен был сопровождать Аллейна в пещеру, а Розамунде поручалось не спускать глаз с Глоссопа и Келли.

– И если вам удастся сделать так, чтобы до рассвета больше никто не исчез, я останусь вам неимоверно благодарен, мисс Фаркуарсон.

На этот раз они направились к пещере бегом. Аллейн бежал первым, не оступаясь, с подогретой яростью собранностью, которая и беспокоила Брейлинга, и вызывала в нем уважение. Душа у него была не на месте потому, что ему еще предстояло объясняться со старейшинами племени и с собственными стариками, и Аллейн мог оказаться, так сказать, единственным свидетелем защиты капрала. А зауважал он англичанина потому, что тот приближался к пещере с невероятной скоростью, да еще и в темноте. Впрочем, оглядевшись, Брейлинг обнаружил: мрак начинает редеть. Он различал свои ноги на земле, свои вытянутые руки. Вскоре тьма вновь ненадолго сгустится, а потом настанет день. Брейлинг не знал, почему Аллейну так важен рассвет, но предпочел поверить без расспросов.

Буквально через несколько минут они уже спускались в пещеру. Аллейн первым погрузился в прохладный мрак, Брейлинг неотступно следовал за ним. Оба были настороже и наготове.

Аллейн шепнул Брейлингу:

– Надеюсь, мы сможем использовать ложный рассвет к своей выгоде: когда за нашими спинами станет светло, лица окажутся в тени. Если Сидни здесь и, как я полагаю, на карнизе, он будет как на ладони. Надо постараться разгадать его намерения, не теряя времени. Идите за мной, Брейлинг, я вам доверяю.