– Это была рука Провидения, – убежденно повторил викарий. – Мы смогли бы уплатить долги и уехали вдвоем – да, утратив уважение наших конгрегаций, прихожан и пациентов, но цена была бы справедливой, ибо все их проблемы разрешились бы в один чудесный момент… – Задумчивые интонации отца О’Салливана наводили на мысль, что он и впрямь верит своим словам.
– И вам не приходило в голову, что все поймут, откуда деньги? – не удержалась Сара Уорн.
– Кредиторы больницы и будущие ремонтные подрядчики? – переспросил отец О’Салливан. – Они бы удовлетворились возвращенным долгом и верным куском хлеба. Никто не стал бы доискиваться.
Инспектор почти пал духом: казалось, ничто не способно поколебать уверенность злоумышленников в своей правоте.
– А зачем вам понадобилось писать сестре Камфот?
– Вы прочли письмо? – возмущенно спросила главная сестра.
– Прочел.
– Я лишь оставила ей распоряжения – в мое отсутствие она встала бы во главе больницы.
– Там имеется излишне резкий постскриптум.
Главная сестра отрицательно покачала головой.
– Отнюдь. Гертруда носилась с нелепой идеей, чтобы мы с ней зажили вместе! Некоторые извращения положительно нельзя терпеть.
Аллейн приподнял бровь.
– Вроде тех, чтобы позволять коллегам считать вас мертвой? Или чтобы воспользоваться информацией, которую молодой доктор доверил вам под строжайшим секретом, для осуществления вашего сумасбродного плана?
Начальница с досадой сделала движение, словно Аллейн был на редкость недогадлив.
– Да не собиралась я притворяться мертвой перед персоналом! Я отнесла конверты с зарплатой в морг – расселина под нишами была надежным тайником…
– За фальшивым фасадом? – невинно уточнил Аллейн.
Начальница отчего-то замялась.
– Мы иногда пользуемся потайной нишей, когда в морге скапливается слишком много тел. Персоналу необязательно об этом знать, это может вызвать ненужные толки.
– Вы проникли сюда через тоннель из вашего кабинета?
– Да. Это было проще простого, – без обиняков отрубила главная сестра.
– А вы как попали в морг, викарий? – спросил Аллейн. – В последний раз вас видели направляющимся в третью палату гражданских.
Отец О’Салливан не удержал самодовольной улыбки.
– Я прошел за корпусами и воспользовался старым входом в систему тоннелей, из сарая.
– К сожалению, именно в этот момент мистер Глоссоп своим криком поднял на ноги всю больницу, – добавила главная сестра.
– И вам пришлось заметать следы.
– Ради блага больницы, инспектор, я готова на все, – с неожиданной твердостью ответила начальница, словно речь не шла о преступлении.
– С помощью столь жестокого обмана? – настаивал Аллейн.
Главная сестра шумно вздохнула.
– Наши решения принимались в спешке, инспектор. Когда мистер Глоссоп увидел пустой сейф, нам пришлось действовать.
– Безотлагательно, – добавил отец О’Салливан.
– Для начала вы опоили бедного Уилла Келли, добавив спирта ему в шанди.
– Импровизированный способ избавиться от него хоть ненадолго, – отмахнулся викарий.
Аллейн только головой покачал от такого отсутствия раскаяния.
– А затем, мэм, вы приняли снадобье на основе полевого анестетика доктора Хьюза…
– Вы рисковали жизнью! – взорвался молодой хирург. – Когда я вам говорил об этой методе, я упоминал, насколько это опасно! – Он схватился за голову. – Ну конечно, я же сказал, что пациент при этом холодеет! Вы использовали меня самым отвратительным образом, мэм!
– Для того чтобы занять место покойного мистера Брауна на каталке, – продолжал Аллейн, – зная, что, если вас обнаружат, коллеги, оглушенные и опечаленные вашей кончиной, и не подумают винить вас в краже.
– Мы не ставили себе цель кого-то расстроить, – возразила главная сестра. – Мы надеялись, что, если я вместо старого Брауна лягу на каталку, мистер Келли отвезет меня в морг, подальше от суматохи. А попав сюда, я смогу воспользоваться тоннелем, чтобы… чтобы… – Она не договорила.
– Чтобы без помех скрыться? – помог Аллейн.
– В вашем изложении это отдает какой-то подлостью, – нахмурился викарий.
– Да, это подло, – вмешался доктор Хьюз. – Подло, глупо и крайне опасно. Но вот что меня в вас поражает, так это полное отсутствие совести: вы наперебой оправдываете кражу ради доброго дела, ничтоже сумняшеся фабрикуете свою смерть, идете по головам…
Доктор Хьюз протянул руку Саре Уорн, и они вместе вышли из мертвецкой. От тлевшего в их сердцах юношеского идеализма осталась лишь остывшая зола.
На пороге появился Бикс. При виде сержанта Аллейн решил, что с него пока достаточно, и распорядился взять под стражу главную сестру и викария и обеспечить охрану деньгам, разместив всех и вся по разным помещениям, буде таковые найдутся, а также проследить, чтобы в морге навели порядок и тело старого Брауна должным образом предали земле.
Уже на пороге инспектор кое о чем вспомнил и вернулся:
– А почему вы не заперли сейф после кражи? Мистер Глоссоп и никто другой, заглянувший к вам в кабинет, не догадался бы, что в сейфе пусто, и вас бы не хватились еще несколько часов.