— Не доведёт вас до добра эта авантюра, — возмутилась Александрина. — Завязывайте с поисками. Что вы как пацаны, в самом деле!
— А может, это дух Табачникова стережёт своё сокровище? — попытался перевести разговор в шутку Денис.
— Тем более прекращайте, — приказала Александрина. — Не ваше оно, поэтому не стоит руки тянуть, куда не следует.
— Ты права, — неожиданно согласился Денис. — Не были богатыми, и ни к чему начинать. До машины-то сможешь добраться? — переключился он на друга.
— Да со мной уже всё нормально, — поднялся Виталий.
— Как себя чувствуешь? — заботливо вглядываясь в его лицо, спросила Александрина. — Головокружения нет?
— Всё хорошо, — заверил её парень.
Пойдём потихоньку, — указал направление Денис, забирая металлоискатель.
Проснувшись в половине шестого утра, Виталий резко сел в постели.
— Который час? — потёр он ладонями лицо.
Уже утро, — подала голос лежавшая рядом Александрина, не распахивая глаз.
— Аля, — обеспокоился парень, — сколько же я проспал?
— Немало, — повернула к нему лицо Александрина, похлопав ресницами, чтобы прогнать сон. — И это хорошо. Очень полезно в твоём состоянии.
— Но как можно было столько продрыхнуть? — не переставал удивляться Виталий, с лёгкостью преодолевая сонливость после пробуждения.
— Если ты помнишь, я дала тебе успокоительное с лёгким снотворным эффектом.
— Теперь понятно.
— Виталь, кто же мог тебя ударить? — приподнялась на локте Александрина. — Шутки-шутками, а в мистику и привидения как-то не сильно верится. Мне кажется, преступление налицо.
— Не бери в голову. Денис обязательно разберётся. На то он и участковый. Аля, — тепло глянул на Александрину парень, — спасибо, что осталась со мной.
— Как же я могла бросить раненого, — слегка напряжённо улыбнулась молодая женщина. — Однако пора подниматься, что-нибудь перекусить и на работу.
— Я мигом, — проворно вскочил Виталий. — Сейчас завтрак организую. А потом могу тебя отвезти, если ты рано утром не любишь садиться за руль.
— Виталь, — предостерегла Александрина, поднимаясь следом, — ты сильно-то не хорохорься. Отнесись к себе повнимательнее.
— Со мной всё отлично, — с нежностью обнял её парень. — После такого лечения иначе и быть не могло.
— Хорошо, если так, — мимолётно прикоснулась губами к его щеке Александрина, не отвечая на объятия. — И всё равно следи за своим состоянием. Удар по голове — это не шутки. Могут быть последствия. Пообещай беречься. Договорились?
— Конечно. Обещаю, доктор, — прижал её к себе Виталий, вызвав у молодой женщины шквал разнообразных чувств.
Возмущение Александрины, невнятно вякнув, скрылось в глубине, не оставив даже кругов на воде. На поверхности остался трепет и совсем немножко удовольствия от крепких объятий, больше похожих на то, будто её берут под надёжную защиту. Потом незаметно подкралось чувство вины. К своему изумлению, Александрина так и не смогла с точностью определить, по отношению к кому из двоих это чувство сильнее. То ли к Владимиру, чьей женой она согласилась стать. То ли к Виталию, которого молодая женщина бессовестно продолжала держать в неведении по поводу расставания с ним.
Сначала она собиралась убедить парня прекратить поиски призрачных сокровищ. Затем, невзирая на своё беспокойство после произошедшего, отказалась от этой мысли, надеясь на здравомыслие Виталия. И потом, давать советы, значит, — лезть в жизнь человека. А это тем более странно при её намерении окончательно разойтись с парнем.
По пути в город у Логвиновой не шёл из головы разговор с Анастасией Петровной. Впервые Александрина до тяжести в сердце ощутила невероятное сочувствие к пожилой женщине. С какой исключительной деликатностью бабушка Виталия попыталась донести до неё недопустимость подобных отношений. Было понятно, что она не осуждает Александрину. Правильно заметила Анастасия Петровна: люди они взрослые и вполне способны разобраться со своими чувствами. Вот только Виталий сильно увяз в них, в отличие от возлюбленной, и явно безответно. А этого пожилая женщина ни принять, ни оправдать не могла. Поэтому и решилась на откровенность с Александриной, ищущей у Виталия помощи и, похоже, отдохновения от своих нешуточных страстей. Так, по крайней мере, казалось Логвиновой, хотя Анастасия Петровна не произнесла этого вслух. Но не было необходимости в особой проницательности, чтобы понять.
Подъезжая к поликлинике, Александрина почти сожалела, что и на сей раз у неё не хватило духу затеять разговор о расставании.
«Надо было, — с досадой подумала молодая женщина, — сказать в двух словах, когда прощались у машины. Так ведь нет, пожалела парня. Он переживал бы, конечно. Зато знал бы наверняка и больше не ждал понапрасну. А теперь надо опять выбирать время для поездки в Сосновку. Я и так в последнее время туда зачастила. Вместо того чтобы расстаться, только внушаю парню напрасные надежды. Впору позвонить, рассердилась на себя Александрина, — как советовала Лора в самом начале».
Однако на звонок так и не решилась. Вместо этого опять договорилась о встрече с подругой вечером у себя дома.
