— В том-то и дело, что похожи, — оживлённо подтвердила бабушка. — Но Илью мать ни разу в жизни на людях не похвалила. Он спокойный был, учился хорошо. На бухгалтера выучился. Сперва в совхозе работал; потом новые хозяева его в «Агрофирму» позвали. Оттуда и на пенсию вышел. Илья на пять лет старше брата. И чем больше они взрослели, тем сильнее похожими становились. Только Игнат посмуглее чуток был. А после уж, никто не знает, каким стал. Мы его в деревне давным-давно не видали. Он ведь сразу после армии в тюрьму-то угодил. И потом так и мотал срок за сроком.
— За что его сажали?
— Точно не знаю, внучок. Вроде за кражи или за увечья. А потом слух прошёл, будто убил кого-то. И ему большой срок дали. Евдокия от горя слегла, словно почуяла, что не дождётся любимого сынка. А вслед за ней и муж вскоре убрался. Но оказалось, ещё не все беды он своими гнусными руками сотворил. Сбежал да к брату заявился. Не знаю уж, что между ними произошло. Может, Илья его в дом не пустил, может, ещё что. Только на следующее утро Илья седым сделался. До того убивался по своей собачонке, прямо лицом пожелтел. Первое время даже с памятью нелады случались. Бывалочи, глядит на кого-нибудь из соседей и не помнит, как зовут. Нас-то, кто постарше, ещё худо-бедно признавал. А вот с молодыми совсем беда. Пока не скажут ему, к примеру: «Это же я, Оксана», нипочём не мог вспомнить. Потом, нет-нет, потихоньку прошло. Но с тех пор ничего слышать про Игната не хочет. Его вроде так и не нашли. Ну, ты же знаешь, судачат люди, будто в зыбучих песках на Табачной заимке сгинул. А как на самом деле, никто не знает.
— Ба, а ты про какую-то женщину начала говорить, что к дяде Илье ездила.
— Ох, и с той женщиной у него после разладилось, — всплеснула руками Анастасия Петровна. — Приехала она к нему, бедняжка, так Илья её даже в дом не впустил. На скамейке поговорили да разошлись. Илья мне потом жаловался. Мол, умерло во мне всё, Настасья, жизнь померкла. Вот так, внучок, Игнат и свою жизнь, можно сказать, загубил и брату житья не дал.
— Бабуль, а ты не знаешь, как эту женщину звали?
— Да тебе зачем, Виталя? — удивилась Анастасия Петровна.
— Мы с Денисом всё про Антона хотим выяснить. Пытаемся восстановить картину, как он погиб. Вдруг этот самый Игнат причастен.
— А чем же эта женщина может помочь? Её ведь не было в ту ночь.
— Ба, во-первых, ты ведь точно не знаешь. Вдруг она как раз была у дяди Ильи и что-нибудь видела.
— Да вроде с вечера не видала я, — усомнилась бабушка. — Если только затемно приехала.
— Вот и надо выяснить. Тут уже вон, какие обстоятельства открылись. Оказывается, этот Игнат любил мать Антона. Мало ли, вдруг отомстить пытался, поэтому и сына погубил.
— Так у Антоши вроде приступ был…
— А почему баллончиком вовремя не воспользовался? Не знаем. То-то и оно. Вполне могли отобрать. Бабуль, так знаешь ты ту женщину или нет? Денис на правах участкового вполне мог бы расспросить её.
— Фамилию не знаю, внучок. А по-уличному кличут Маня-продавщица. Она всю жизнь в Никольском в магазине торговала.
— Понятно. Спасибо, бабуль!
— Заболтала я тебя. Виталя, — мягко обратилась к внуку Анастасия Петровна, когда они оба вышли на крыльцо, — я всё спросить хочу, да забываю. Вы с Денисом оставили эту глупую затею — барский клад искать?
— Давно уже, ба, — улыбнулся в ответ Виталий. — Да мы вовсе и не клад искали.
— А чего ж тогда?
— Да вроде бы на окраине леса, рядом с Фащёвкой, склад со старыми движками был. Хотели цветным металлом поживиться.
— Ой, опомнились, — снова всплеснула руками пожилая женщина. — Да те движки давно уж растащили.
— Мы уже поняли, — с улыбкой продолжил парень.
— Вот и не занимайтесь ерундой. Лучше с Алей лишний раз по лесу погуляй, чем за железяками этими ходить. Виталя, — ласково погладила внука ладонью по руке Анастасия Петровна, — если уж Аля тебя выбрала, не стоит гоняться за призрачным добром. Ты же, как и отец твой, на хорошем счету в лесничестве. Работай, внучок, и не зарься на чужое богатство. А женщина, коль уж полюбила, никуда от тебя не денется. Ты же не лентяй какой-нибудь. И должность у тебя хорошая, и хозяйство опять же есть. Хотите, птичек побольше возьмём? Я вам по мере сил помогу.
— Бабуль, ну что ты! Мне и самому не трудно.
— Вот и ладно, внучок, — снова приласкала его Анастасия Петровна. — Обещаешь не гоняться за металлом?
— Обещаю, ба, — наклонился Виталий поцеловать бабушку в висок.
— Ну, Санчик, ты даёшь, — изумилась Лариса, после осмотра подруги беспомощно опустившись на кушетку, предназначенную для пациентов.
— Лор, да я и сама не знала, — тихо произнесла Александрина, покидая кресло.
— Кого ты пытаешься обмануть? — возмутилась Лариса. — Врача с двенадцатилетним стажем?
— У меня и в мыслях не было тебя обманывать, — убедительно возразила Александрина, одеваясь.
