— Ведьмины проклятья всегда интересны. Особенно теперь, когда решили сделать из этого туристический бренд. Понятно, что прошло пятьсот лет и не так уж много смертей можно было бы приписать проклятию, вы правы, все они могли быть просто совпадениями. Вероятно, так оно и есть. Но мысль о том, что проклятие сбудется, гораздо веселее. Все эти смерти были в этой семейной линии и все мужчины, Кто знает? Может быть, Костанца была не только целительницей, но и настоящей стрегой? Вот почему ее история так интересна! В последние мгновения своей жизни на этой земле она наложила смертельное проклятие. Может, это было своего рода признанием вины? Я имею в виду, если она была ведьмой…
— А как фамилия этой семьи, потомков Просперо?
— Его звали Просперо Маттео ди Якопо, а фамилия потомков, с тех пор, как в Тоскане появились фамилии — Пикколо.
— Что??? — Саша разинула рот. — Вы хотите сказать, что…
— Вы тоже читали в газетах? Последний мужской потомок этой семьи недавно был убит. И отец его умер, не дожив до сорока пяти лет. Оступился, рухнул со скалы и сломал себе шею.
Саша схватилась за телефон. Но звонить при хозяйке гостиницы не хотелось и она умоляюще посмотрела на Лапо.
Муж, как всегда, понял ее без слов.
— Спасибо за рассказ. Нам пора на экскурсию в поместье Мерравалле, давайте я провожу вас и возьму машину. А ты погуляй пока по лугу. Дойдешь вон до той дороги и я тебя там подхвачу, — он улыбнулся Саше, забывшей про недавние страхи и сгоравшей от нетерпения услышать инспектора Массимо.
Девушка смотрела, как Лапо с женщиной исчезают среди деревьев. Схватилась за телефон.
— Да, странно, что ты спросила. Была такая отметина. Что значит, от чего, нарисована маркером за правым ухом. — Сказал инспектор. — А ты откуда узнала?
— Приеду-расскажу. Это связано с одной легендой о проклятии.
— И как я мог подумать, что мы расследуем обычное убийство, — ехидно заметил Массимо. — С тобой свяжешься, значит дело будет странным, да?
Саша повесила трубку. Солнце светило вовсю, и ветер стих, но по спине снова пробежал холодок.
— Это ты, Костанца? — Тихо спросила девушка, обернулась и чуть не заорала.
Перед ней стояла сумасшедшая на вид женщина с яркими серебристыми волосами, коротко подстриженными и торчащими во все стороны, одетая не по мартовской погоде в развевающийся малиновый топ поверх розовых и черных полосатых леггинсов и яркие зеленые ботинки.
— Что вы здесь делаете, синьорина? — резко спросила женщина.
— О, привет. Извините. Я рассматривала дерево. Мне интересна история ве… Костанцы да Лари.
— Почему она тебя интересует?
Тут только Саша заметила, что у женщины ярко-зеленые глаза. Ей в голову пришла нелепая мысль, что кот, которого она видела ранее, каким-то образом превратился в эту женщину.
Странная женщина закатила глаза. — Ты одна из этих туристок, кто будет платить деньги, чтобы посмотреть на место чьей-то смерти? — Голос звучал сварливо, но больше не сердито, скорее обреченно.
— Нет, я просто хочу узнать правду о Костанце.
Женщина кивнула, все еще хмурясь.
— Представьте, что у них, этих идиотов в муниципалитете, хватило наглости задумать поставить здесь статую. Они заботятся о Костанце только потому, что могут извлечь выгоду из ее памяти. Аттракцион. Я не могу допустить, чтобы это случилось с нашим лугом. Мне все равно, что они обо мне думают, я так и сказала, что они все испортят.
Саша кивнула. — Я представляю. Вы, наверное, Ирма, то есть синьора Ирма?
Конечно, призрак ведьмы не появляется в таком нелепом одеянии. Но если Костанца выглядела так, как ее потомок, с поправкой на эпоху, конечно, то не удивительно, что ее считали стрегой.
— Ты согласна со мной? — женщина внимательно рассматривала Сашу.
Она кивнула. — Это луг так прекрасен, что его нельзя уродовать.
— Так пойди и скажи нашему мэру.
— Он вряд ли меня послушает, я приезжая. Я и в Тоскане живу совсем недавно.
Женщина шагнула вперед, заглянула прямо в глаза Саше, девушка даже не успела отскочить.
— Нет… — Казалось, Ирма потерялась в каких-то далеких мыслях. — Ты не приезжая.
— О, уверяю вас, что я приехала издалека.
— Но не совсем, — сказала Ирма, все еще глядя на девушку, как будто пронзала взглядом насквозь.
— В каком смысле?
— В том смысле, что ты дома.
— Почему вы так решили? — Улыбнулась Саша.
— У меня есть талант к таким вещам.
— Ну, я чувствую себя здесь как дома. По правде говоря, я всегда любила Тоскану.
— Ты видела ее кота? — Внезапно спросила женщина.
— Э… что?
— Ты видела ее кота, не так ли?
— Я видела здесь кошку, совсем недавно.
— Ее дух снова в движении… Пора освободить ее. И единственный способ сделать это — узнать правду.
— Правду о чем? Что вы имеете в виду?
Вместо ответа Ирма повернулась и быстрыми шагами направилась прочь.
