Закат раскрасил Сент-Мэри в цвета спелого абрикоса и слегка подгоревшего тоста, бросая длинные тени на улочки и клумбы. Алан шагал домой, обдумывая разговор с Джеймсом. Мысли в его голове крутились, как белки в колесе, только без шанса поймать орех. «Картина, сад, семейные тайны, – размышлял он. – Это как пазл, где половину деталей кто-то спрятал в кармане, а другую половину проглотил». Он ухмыльнулся про себя: «Или, зная Сент-Мэри, зарыл в этом чёртовом саду».
Внезапный шорох в кустах заставил его замереть. Алан оглянулся, прищурившись, и увидел Питера Брукса, садовника, который явно не ожидал, что его застукают. Тот стоял, теребя кепку, с видом человека, который только что уронил лопату себе на ногу и теперь пытается сделать вид, что так и задумано.
– Мистер Брукс, вы что, решили подработать ночным кустарём? Или это у вас хобби – подкрадываться к людям в сумерках? – Алан скрестил руки, стараясь не улыбнуться слишком явно.
Питер шагнул вперёд, нервно оглядываясь, будто ждал, что из-за угла выскочит лорд Рэйвен с граблями наперевес.
– Простите, мистер Уэст, я не хотел пугать. Мне надо поговорить. Наедине, – голос его дрожал, как струна на старой гитаре.
– Прекрасно, – кивнул Алан, прикидывая, не пора ли заказать себе плащ и шляпу, как у настоящего детектива. – И о чём же? Неужели вы решили признаться, что это вы подстригли плющ в форме кролика?
Питер быстро оглянулся, убедившись, что улица пуста, и зашептал, будто выдавал государственную тайну:
– Я кое-что видел в тот вечер, когда картина пропала. Кто-то был в саду у задней двери. Кажется, это была Клэр. Фартук её мелькнул, и голос… она с кем-то болтала по телефону.
– Клэр? – Алан прищурился, чувствуя, как пазл в голове начинает складываться, хотя пока больше походил на современную авангардную мазню. – Вы уверены?
– Не совсем, сэр, темно было, как в кармане у скряги, – Питер сглотнул. – Но я слышал, как она сказала что-то вроде «Это надо спрятать». А потом ушла в сторону сада.
Алан задумчиво кивнул. «Клэр, сад, телефон, – подумал он. – Либо она планировала зарыть картину под розами, либо у неё есть любовник, который принимает звонки только в зарослях. В любом случае, пахнет интригой покрепче, чем рыба в пабе в пятницу».
– Спасибо, Питер, – сказал он вслух. – Если вспомните ещё что-то, дайте знать. И, ради бога, не прячьтесь больше в кустах – я чуть не принял вас за местного призрака.
– Конечно, сэр, – Питер кивнул так быстро, что кепка едва не слетела, и скрылся в сумерках, будто его позвали поливать гортензии на другой конец графства.
Дома Алан застал Эмилию за вязанием – она сидела в кресле, будто королева, плетущая заговор из шерсти. Она подняла взгляд, изучая его, как карту с маршрутом к семейным тайнам.
– Судя по твоему лицу, ты опять влез в какую-то кашу, – заметила она, не отрываясь от спиц.
– Ты читаешь меня лучше, чем я читаю газеты, мама, – Алан плюхнулся в кресло напротив, потирая виски. – Клэр, Джеймс, садовник Питер – все что-то скрывают. Это как игра в прятки, только никто не сказал, что я ищу.
Эмилия улыбнулась, будто знала больше, чем говорила:
– В Сент-Мэри все прячут что-то, дорогой. Вопрос в том, кто из них споткнётся о собственный секрет первым.
– Хотелось бы, чтобы это случилось до того, как я поседею, – хмыкнул Алан, глядя в окно. Сумерки ползли по саду, как непрошеные гости, и он подумал: «Если этот сад Рэйвенов и правда ключ, то я его раскопаю, даже если мне придётся пересаживать каждую розу вручную». Он откинулся в кресле, чувствуя, как усталость смешивается с азартом. «Держись, Сент-Мэри, – мысленно бросил он вызов. – Я ещё не закончил вытряхивать твои скелеты из шкафов. Или из клумб».
Глава 5
Антикварные тайны
Утро в Сент-Мэри выдалось свежим, как только что заваренный чай, с лёгким ветерком, который шевелил занавески, будто напоминая, что пора вставать. Алан направился в антикварную лавку Элизабет Грин, решив, что если кто-то в этом городке знает больше, чем говорит, то это точно она. Лавка стояла в центре, потёртая временем, как старый чемодан, который повидал больше вокзалов, чем его хозяин. Колокольчик над дверью звякнул, приветствуя его с энтузиазмом дворецкого, которому наконец-то дали выходной.
– Доброе утро, мистер Уэст, – Элизабет подняла взгляд от кулона, который разглядывала через лупу, будто искала в нём смысл жизни. – Надеюсь, вы не пришли снова обвинять меня в краже? Я ещё не готова к наручникам, знаете ли.
– Пока нет, мисс Грин, – Алан ухмыльнулся, подходя к прилавку. – Хотя, если вы вдруг решите спрятать картину в этом хламе, я первый скажу, что это гениально. Слышал, Клэр была очень занята в вечер кражи. Может, забыла подать лорду чай, пока бегала по саду?
Элизабет едва заметно напряглась, но тут же прикрыла это улыбкой, острой, как лимонный пирог без сахара:
– Клэр? Слишком правильная, чтобы воровать картины. Хотя, если она и бегала по саду, то, наверное, искала место, где плющ ещё не захватил власть.