– Ты останешься здесь одна на пару часов. Можешь присмотреть за музеем.
– Я не могу этого сделать, – запротестовала Кит. – Нет, не оставляй меня здесь одну. Что, если… если что-нибудь случится?
– Ты что, думаешь, сюда заявится автобус с туристами, или что-то такое? – ехидно спросил Бард. – Не суетись. Никто сюда не ходит, тем более в дождь.
Но Кит беспокоилась не из-за возможных туристов.
– Мне недавно позвонили из совета, – объяснил старик, усаживаясь в кресло и натягивая ботинки. – Кто-то написал жалобу на музей. Угадай с трёх раз кто.
– Финн Скаддер, – выдохнула Кит.
– Мне предложили приехать поговорить. Очевидно, они хотят побеседовать лично, что бы это ни означало.
То, как прозвучали эти слова, Кит очень не понравилось. С болью в сердце она наблюдала, как старик поднимался с кресла.
– Ну, я подумал, что для такого случая я лучше приведу себя в порядок. Как я выгляжу?
Кит моргнула. Рубашка Барда была мятая и грязная, пиджак старый и потрёпанный, а нелепый галстук не подходил ни к одному, ни к другому. Кит сразу же подумала о рядах хрустящих выглаженных рубашек и парадных костюмов в гардеробе своего отца, и у неё комок подкатил к горлу.
– Ты выглядишь… по-настоящему шикарно, – сказала Кит.
Бард фыркнул.
– Не умеешь врать, да? Вот что я тебе скажу. Я повешу табличку «закрыто», пока меня нет. Это тебя успокоит.
Она была тронута таким вниманием, хотя и запертая входная дверь никоим образом не помогала ей чувствовать себя в безопасности.
Дедушка уехал. Кит стояла на кухне, прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам. Кроме тиканья часов в музее была полная тишина. Кит неожиданно сделала то, чего делать не собиралась: она вышла в коридор, ведущий в музей, и пошла в выставочные залы.
От волнения Кит постоянно озиралась, чтобы посмотреть, нет ли кого-нибудь сзади.
Первая фигура, которую она увидела, была женщина в траурном платье. Та самая, которая плакала прошлой ночью. Крошечный носовой платок по-прежнему был в её руке, но теперь сжимавшие его пальцы стали безжизненными и холодными. Теперь это было всего лишь выцветшее платье и старый растрескавшийся манекен.
Кит отвернулась и пошла дальше. Она проходила комнату за комнатой, рассматривая выставленные костюмы. Но ни в одном из них не было и искры жизни. Кит пыталась махать им, звать их, но ничего не происходило. И чем больше Кит смотрела, тем больше она удивлялась их столь незначительному количеству. Где же были все остальные костюмы, которые она видела вчера ночью? Девушка с велосипедом, иннуит, балерина – где они? Ведь прошлой ночью их было так много!
Не только это беспокоило Кит. Она нигде не могла найти Финеллу. В «коллекционной комнате» не было никаких следов. Её не было и внизу, за ширмой в восточной комнате, где Кит впервые её увидела.
Бард вернулся часа через три. Услышав звуки приближающегося автомобиля, Кит вздохнула с облегчением и побежала вниз.
В ярости Бард вошёл в музей. Бросив две тяжёлые хозяйственные сумки на пол, он скрылся в библиотеке.
Обеспокоенная, Кит последовала за ним.
Зайдя в библиотеку, она сразу его увидела: Бард ещё раз изучал урон, нанесённый Финном Скаддером платью со шлейфом.
– Вот негодяй, – пробормотал Бард, глядя на порванный шлейф.
Стало ясно, что встреча прошла неудачно.
– Это Финн Скаддер написал жалобу, да? – осторожно спросила Кит.
Бард подошёл к шкафу и достал оттуда грязную запылённую простыню.
– Совет заявил, что они не имеют права разглашать имени, но, конечно, это он.
– Что случилось? – спросила Кит.
– Будет формальное расследование.
– Что это значит?
– Судя по всему, они собираются обсудить, как действовать, и затем сообщат решение. Но, я полагаю, они хотят приехать и всё тут осмотреть.
– И тогда?
Бард пожал плечами и сунул ей пыльную простыню.
– Разверни, пожалуйста. Вот и для тебя нашёлся случай сделать что-то полезное.
– Что ты делаешь?
– Надо убрать этот старый турнюр с глаз долой, вот что.
– Зачем?
– Посмотри, что с ней случилось. Нельзя оставлять старушку здесь в таком виде. Расстели эту пыльную тряпку рядом, и мы перетащим её на склад.
Кит молча повиновалась. Всё то время, что она помогала Барду тащить костюм из галереи в зал, она не переставала думать, что дама со шлейфом сказала бы о таком грубом обращении.
Дальше пришлось волочить манекен вверх по лестнице, и это было ещё хуже.
– Извините, – в десятый раз сказала Кит манекену, который неуклюже стукался о ступеньки.
– С кем это ты разговариваешь? – пропыхтел Бард. – Выглядит так, будто ты извиняешься перед дурацким манекеном.
Кит быстро поменяла тему разговора.
– Куда мы идём?
Бард ткнул пальцем в винтовую лестницу, которая вела в швейную мастерскую. Кит подумала, что он шутит. Потом она вспомнила про дверь с надписью «Склад костюмов», мимо которой она вчера проходила, и поняла, что он говорил серьёзно.
Винтовая лестница была слишком узкой, и широкий турнюр постоянно застревал. Наконец они дотащили костюм до склада. Бард толчком открыл дверь и втащил манекен внутрь.
