— Мой дед приехал из России. Юноша вроде меня только и может, что выполнять мелкие поручения за пару пенсов: носить багаж важных особ на Ливерпуль-стрит, газеты продавать и всё такое. Если ума хватит — кошельки таскать. Так на комнату не заработаешь, а в «Шип» я не хочу, нет уж. — Заметив вопросительный взгляд Билли, он добавил: — Это работный дом. Жуткая свалка. В общем, стал я работать на Барона. Но и это слабо походило на нормальную жизнь, прямо тебе скажу. — Джо вздохнул. — Честно сказать — одни мучения. А на меня всем было наплевать. Джем говорит, что не подхожу я для такой работы. Зато умею ладить с животными, с лошадьми — особенно, и вот тут я им был полезен. Хорошо, когда есть человек, который знает подход к лошади, особенно если срочно надо удирать. А потом они стали требовать от меня большего. Хотели, чтобы я… Ну, не важно, чего они там хотели. Главное, я не хотел выполнять поручения.
Джо ненадолго затих. Ему вспомнился переулок, нож, часовщик за окном. Он помотал головой и продолжил:
— Я отказался и сбежал, а им это не понравилось. Если стал одним из них, назад пути уже нет. Уйдёшь — с тебя шкуру сдерут. На мне теперь стоит клеймо предателя, я не могу на одном месте надолго задерживаться. Но здесь-то они меня не найдут, поэтому я сюда и пришёл. На западе Лондона им делать нечего, и сюда заявиться они не посмеют. Может, мне повезёт, и, если я долго не буду показываться им на глаза, обо мне забудут.
Билли внимательно выслушал всю историю от начала до конца и теперь взглянул на Джо по-новому и вместе с этим начал за него переживать.
— Ну, ты будь осторожнее, — попросил он. — Сиди тут. Не забывай про сторожа. Никуда не выходи, ладно?
Джо с готовностью кивнул.
— Не волнуйся, приятель. Буду вести себя как положено. А комнату ты мне нашёл отличную. На улице спал когда-нибудь? Сомневаюсь. Только начнёшь засыпать, как тебя будят полицейские, и приходится искать новое место. А это прямо сокровище!
— Сюда никто заходить не должен, — заключил Билли. — Спрячься в любой из кладовых и смотри, чтобы тебя не заметили, тогда сможешь спокойно провести тут день-другой.
— Если понадобится, я легко скроюсь, — отмахнулся Джо, а потом смущённо добавил: — Спасибо за то, что мне помог.
— Не забывай, что и ты обещал мне помогать, — напомнил ему Билли.
На улице почти совсем стемнело. Билли подхватил кепку, куртку и вскочил на ноги. Домой он вернётся поздно, и мама наверняка страшно на него рассердится, но это такая мелочь по сравнению с событиями прошедшего дня!
Ночь окутала Лондон. Софи смотрела в окно своей опустевшей спальни на тёмные улицы и глухие переулки, освещённые лишь блёклым мерцанием фонарей. Джо спал в подвале универмага «Синклер», где мог не бояться бдительных полицейских, но его преследовал страх перед таинственным Бароном, который то и дело являлся в кошмарах. Недалеко от «Синклера» Лил сидела перед камином в своей комнате и терпеливо нанизывала зелёные бусины на нитку. А в доме на южном берегу реки Билли лежал в узкой постели и в дрожащем огоньке свечи разглядывал знакомый узор из трещин на потолке.
Он ещё раз достал записку и аккуратно провел пальцем по буквам. Вот это да — настоящая улика! Билли попытался расшифровать написанное, но при слабом освещении смазанные буквы было не разобрать. Пришлось отложить это дело до утра. Он бережно спрятал листок в одну из своих книжек, которые хранил в стопке у кровати, — а то вдруг мама найдёт бумажку и выбросит.
Билли понимал, что время позднее, но сон к нему не шёл. От свечи остался целый дюйм, и мальчик решительно вытащил из-под подушки «Защитников Империи», поплотнее закутался в одеяло и принялся за чтение.
Во второй рабочий день в универмаг «Синклер» пришло ещё больше покупателей, чем в первый. На первом этаже поражённая толпа слушала элегантную продавщицу, которая представляла новые косметические средства: осветляющий лосьон
