– Так, это… – простодушно заморгал племянник, указывая рукой на ворота, – проехать!
– Куда? – притворился удивленным Толян.
– Что значит, куда?… К тёте… – смешался толстячок.
– А допуск у вас есть? – почти ласково поинтересовался страж.
– Допуск? Какой допуск? – Петр Антонович захлопал ресницами. – Н-нет… Но тётя…
– А раз нет допуска, так и нечего лезть! – рявкнул Толян, делая свирепое лицо.
Племянник от испуга вжался в сиденье, но сразу же высунулся снова.
– Но, позвольте! Вчера меня впустили. Ваш начальник разрешил, – возмутился он тонким высоким голосом.
Охранник смерил его гневным взглядом.
– Допуска нет, значит не положено. Освободите проезд!
– Но… Как же так? – не унимался племянник.
Толян наклонился ближе и задушевно ему улыбнулся.
– Убирай машину с прохода, шляпа, а то я тебе помогу!
С этими словами он красноречиво потер руки, расправил плечи и сделал вид, что собирается вручную вытолкать автомобиль обратно на дорогу.
Маленький Петр Антонович стал испуганно шарить руками в поисках ключа зажигания, но в этот момент увидел приближающегося к сторожке начальника охраны.
– Товарищ начальник! – заорал толстяк, опустив окно чуть ниже. – Меня снова не пропускаю-ю-ю-ют!
Катя отступила глубже в тень забора и спряталась за кустом сирени. Ей совсем не хотелось сейчас встречаться с Кентавром. Тот подошел к воротам, быстро оценил ситуацию и скомандовал:
– Осмотреть и пропустить. Машину оставить снаружи. С машиной нельзя.
Петр Антонович победно глянул на недовольного Толяна и запустил двигатель.
– Конечно, конечно, спасибо, – радостно воскликнул он, потом подумал и осторожно спросил: – А почему с машиной нельзя? У меня столько вещей для тети, придется на себе тащить.
– Нельзя, – отрезал Кентавр, повернулся и вошел в дверь сторожки.
– Понял? – грозно надвинулся на племянника Толян.
– Да, да, – торопливо ответил тот и стал задом выезжать на дорогу.
Он припарковался у обочины, достал из машины несколько пакетов и большую коробку с тортом и засеменил к воротам.
Толян бросил сердитый взгляд в сторону двери, за которой исчез его шеф, ясно говорящий "эх, была б моя воля!…" и принялся тщательно осматривать содержимое сумок племянника. Он двигался нарочито медленно, ощупывая, взвешивая в руках, разворачивая и даже обнюхивая каждый предмет.
– Не понимаю, зачем меня так проверять, – занервничал толстяк. – Я же не бандит какой-нибудь!
– Откуда я знаю? – невозмутимо ковырялся в упаковке Толян.
– Но это же смешно, – Петр Антонович всплеснул короткими ручками. – Тут у вас дачный поселок или военный объект?
Охранник грозно сдвинул брови, многозначительно откашлялся и, подняв вверх указательный палец, отчеканил:
– Безопасность – прежде всего!
Убедившись, что в последней коробке именно торт и облизав испачканные кремом пальцы, Толян недовольно разрешил:
– Проходи.
Петр Антонович стал сгребать свои мешки и пакеты, обиженно бурча что-то себе под нос, но охранник наградил его таким взглядом, что толстяк тут же замолчал, подхватил свое добро и, отдуваясь, поспешил вверх по дороге.
На крыльце сторожки появились Кентавр и Алексей, вид у обоих был серьезный. Катя навострила уши.
– Анатолий, через пятнадцать минут… – начальник охраны бросил быстрый взгляд на наручные часы, – закроешь ворота на полчаса. Плановая проверка системы. Никого не впускать и не выпускать.
– Угу, – с готовностью кивнул тот.
Алексей и Кентавр быстро ушли по направлению к своей даче, и Катя наконец получила возможность выбраться из кустов. Толян в задумчивости застыл перед крыльцом, позвякивая ключами в кармане. Он прикидывал где лучше переждать веленые пятнадцать минут: в прохладном полумраке сторожки или, развалившись на лавке, погреться на солнышке, и не заметил ее появления.
– Как дела? – бодро спросила девушка, подходя к охраннику.
– А? – Толян не сразу вынырнул из размышлений. – … Нормально…
Он хотел сказать что-то еще, но его опередил громкий и радостный возглас:
– Вот вы где!
По дороге спускалась Нонна Пална. На ней была просторная синяя футболка с надписью “Я люблю Тайланд", спортивные штаны и красная кепка.
– Борис только сейчас спать пошел, ему из института звонили, – объявила Нонна. – Я и подумала – чего в такую прекрасную погоду дома одна сидеть буду? На Султана с Анжелкой шумнула, чтобы ругались потише, спать ему не мешали, и пошла. Может, вместе погуляем?
Последняя фраза была обращена к Кате.
– Конечно, – обрадовалась девушка. – Только Константин Сергеевич велел Толику ворота закрыть для плановой проверки.
Толстушка посмотрела на часики на запястье, что-то прикинула в уме и деловито спросила Толяна:
– На полчаса закроешь?
– Как всегда, – пожал тот плечами.
– Ну и закрывай, – разрешила Нонна. – Мы все равно дольше гулять будем, а когда вернемся, ты уже откроешь.
План не вызвал возражений у охранника и он согласно кивнул.
– Пойдем? – обернулась толстушка к Кате и заговорщически подмигнула. – Я взяла с собой шоколад.
