– Я спал… – он старался взять себя в руки, но голос его временами дрожал. – Когда проснулся… Нет, не так. Начну сначала. Вчера вечером мы отправили Мамая обратно. Сразу после завершения операции я убрал шлем в сейф. Ключи положил в ящик стола в библиотеке, я это точно помню. Всю ночь и сегодня до обеда я работал в библиотеке. Выходил только пару раз, совсем ненадолго. После обеда решил вздремнуть и пошел в спальню. Проспал около трех часов и проснулся от того, что услышал голоса Нонны Палны и Кати внизу. Когда я к ним спустился, Нонна заметила, что ключи свисают у меня из кармана. Я не помнил, чтобы доставал ключи из стола и забеспокоился. Поднялся наверх, открыл сейф и увидел…
Он замолчал, потом сделал над собой усилие, посмотрел прямо в глаза Кентавру и тихо произнес:
– Шлема там нет. Его нигде нет. Позвонил тебе. Это всё.
Борис выглядел таким потрясенным, что Кате стало его ужасно жалко.
"Шлем для путешествий в прошлое. Он ведь единственный остался, – мысленно ахнула она. – Что же теперь будет?"
– Есть какие-нибудь идеи по поводу того, как ключи оказались в кармане вместо ящика стола? – спросил Кентавр после секундного молчания.
Бакчеев старший сосредоточенно сдвинул брови.
– Когда я пошел спать, то снял свою домашнюю куртку, – медленно произнес он, вспоминая, – … и положил её на диван в библиотеке. Ключей в кармане не было, за это я ручаюсь… Когда проснулся… Вернулся в библиотеку, одел куртку и спустился вниз… Но…
Глаза его вдруг расширились.
– Она лежала не там, – резко прошептал он и побледнел еще больше.
– Куртка?
– Да. Она лежала на другом краю дивана. Не там, где я её оставил! – воскликнул Борис.
– Пошли, – скомандовал начальник охраны и первым направился в библиотеку.
Бакчеев старший торопливо зашагал следом за ним. Нонна и Катя переглянулись и остались на месте.
Мужчины вновь появились на кухне через десять минут, мрачные и сосредоточенные, и сразу стало понятно, что шлем действительно исчез, а не закатился случайно в темный угол.
– Из твоего рассказа получается, что пока ты спал кто-то проник в библиотеку, одел твою куртку, взял ключи из стола, открыл сейф и забрал шлем, – резюмировал начальник охраны. – Потом закрыл сейф и опустил ключи в карман, а не вернул их на место, в ящик. Возможно, просто не успел или его кто-то спугнул. Он быстро сбросил куртку и исчез, прихватив шлем, поэтому куртка и оказалась не на месте. Полагаю, двери были открыты?
– Мы их редко запираем, ты же знаешь, – пожал плечами Борис, внимательно глядя на Кентавра. – У нас ведь охраняемая территория…
– Да. – подтвердил тот. – И мы сегодня провели плановую проверку системы. Все перемещения зафиксированы. За последние три часа периметр покинул только один человек – племянник Валентины Михайловны, и шлема у него, естественно, не было.
– Значит, либо он еще здесь, – произнес старший Бакчеев, – либо…
Он замер, не решаясь высказать второй вариант.
– Я вызываю группу безопасности. Надо осмотреть всю территорию, и сами мы с этим не справимся, – решительно сказал начальник охраны и поднялся.
– Но ведь если никого посторонних здесь не было, это значит?… – несмело вступила Катя, глядя на него во все глаза.
– Правильно, – кивнул он. – Это значит, что шлем взял кто-то из своих.
– Что за глупости! – возмущенно вскинулась Нонна Пална.
– Шлем не мог испариться из закрытого сейфа, – жестко произнес Кентавр. – Я закрываю зону. Никто больше не войдет и не выйдет до выяснения всех обстоятельств.
Толстушка тихонько ойкнула и схватилась за сердце.
Начальник охраны прикинул что-то в уме и повернулся к женщинам.
– Вы кого-нибудь видели, когда вернулись в дом? – быстро спросил он.
– Нет, – слабым голосом ответила Нонна.
Катя отрицательно замотала головой.
– Возможно, именно вы спугнули вора, – пробормотал себе под нос начальник охраны, поворачиваясь к Борису. – Зачем ему понадобилась твоя куртка?
– Вероятнее всего, чтобы выглядеть как я… – старший Бакчеев отчасти справился с волнением и был готов думать и действовать. – Стена с сейфом хорошо просматривается из окна и, надев мою куртку, кто-то мог спокойно ходить по библиотеке и не волноваться, что его заметят с улицы.
– Кто? – прошептала Катя, обводя испуганным взглядом окружающих.
Ей никто не ответил, но по лицам присутствующих было видно, что этот вопрос занимает сейчас каждого. Кентавр молча развернулся и поспешил к выходу. На пороге он на секунду задержался и твердо произнес:
– Вам лучше сейчас не покидать дом.
Дверь за ним закрылась, и они остались втроем. Борис и Нонна погрузились каждый в свои мысли. Катя снова подогрела чай и поставила перед ними кружки, но они их не замечали.
Внезапно старший Бакчеев что-то вспомнил или придумал. Он вскочил на ноги и, не говоря ни слова, бросился прочь из кухни. Его туфли быстро застучали по ступеням вверх, в сторону библиотеки. Толстушка задумчиво посмотрела ему вслед, сложила руки перед собой как первоклашка и уставилась на сахарницу, словно гипнотизировала её.
