Мисс Гарфилд встала так, чтобы солнце не светило ей в глаза. Она увидела каштановые волосы Бидди, ее покрытые пылью, давно не чищеные туфли, помятую, выгоревшую на солнце блузку и старую дорожную сумку, стоявшую рядом, но все еще не узнавала ее. Нет, разумеется, приятное личико девушки и ее менее приятная на вид одежда показались ей смутно знакомыми, вот только гувернантка никак не могла вспомнить, при каких обстоятельствах все это видела. Не хватало важного фрагмента головоломки… Но наконец все сложилось.
— Господи, Бидди!
— Верно, — просияв, произнесла девушка. — Мои подруги зовут меня именно так, хотя при крещении мне дали имя Бриджид.
Она повернула голову к миссис Маршал, желая все ей объяснить.
На лице экономки не появилось облегчения.
— Ваша подруга приехала, чтобы работать у нас кухаркой, — сказала она гувернантке.
У мисс Гарфилд перехватило дыхание.
— Вот именно, — произнесла миссис Маршалл, — на место повара-
Бидди опешила, когда глаза ее подруги вдруг заблестели от слез, вызванных чувством вины. Губы миссис Маршал сложились в твердую линию.
— Господи! — еле слышно пробормотала гувернантка.
Бидди разбудило позвякивание колокольчика, раздающееся совсем недалеко от того места, где она спала. Девушка еще плотнее свернулась клубочком на своем импровизированном ложе, которое обнаружила здесь, в этой старой лачуге старателя. За окном было темно. Девушка решила еще немного поспать, но колокольчик продолжал упорно звенеть. Постепенно этот звук разбудил ее воображение, и Бидди попыталась представить себе колокольчик, который может издавать такой перезвон. Ему недоставало ни требовательности школьного звонка, ни веселости сигнала к обеду. На перезвон церковного колокола тоже было не похоже. К тому же Бидди уже знала, что поблизости нет церквей, а следовательно, она никак не могла слышать церковный колокол. Возможно, это колокольчик, привязанный к телеге? Звук то затихал, то возобновлялся. Если это телега, то лошадь должна через каждые несколько секунд останавливаться, а потом вновь идти дальше. Да, колокольчик движется, но только не на телеге. Бидди окончательно проснулась — гораздо раньше запланированного времени.
За треснутым стеклом незашторенного окна была угольная чернота. Внутри жилища также было темно. Бидди решила, что единственный способ избавиться от страха, когда все вокруг окутывает тьма, — это заснуть и проспать до рассвета. Но колокольчик вновь нарушил ее покой.
Он зазвенел опять, на этот раз ближе. Бидди порывисто приподнялась в постели. Она услышала снаружи тяжелые шаги. Это был тот, кто ходил с колокольчиком. Бидди понимала, что паниковать ни в коем случае нельзя. Она всегда придавала большое значение внешним проявлениям эмоций. Ее сердце испуганно стучало в груди, но Бидди не собиралась сдаваться. Она не была уверена, что в ее положении разумно зажигать свет, но все же решила рискнуть. Девушка нашла коробок спичек, чиркнула одной из них по пустому жестяному баку из-под керосина, служившему ей столом, а затем поднесла пламя к огарку свечи, который засунула в горлышко пустой бутылки в полпинты. Рассеянный свет лишь слегка озарил грубые, заскорузлые стены лачуги. Бидди встала со старых нар, на которых спала, нашла туфли и обулась. Другой рукой, пошарив в старом мусоре, она отыскала сломанное топорище.
Девушка прислушалась, не зазвенит ли вновь колокольчик, но было тихо. Когда колокольчик снова звякнул, она едва не выпрыгнула из собственной кожи.
Бидди поспешила к покосившейся двери, обитой листом жести, и порывисто распахнула ее, вглядываясь в ночь.
— Я слышу тебя! — крикнула девушка. — У меня хороший слух! Тебе повезло, что мой муж, который сейчас спит, глух как бревно. В противном случае ты имел бы дело с ним, а не со мной. Он и без топорища с тобой разберется!
Она напряженно ждала, каков будет ответ. Но было тихо.
Вновь звякнул колокольчик.
— Эй, грязный бродяга, покажись-ка!
Бидди двинулась во тьму. Отбрасываемые импровизированным светильником тени запрыгали и затанцевали вокруг нее, когда она из всех сил замахала вокруг себя топорищем.
— Думаешь, я тебя боюсь? Это ты испугаешься, когда я разбужу мужа!
Вдруг топорище угодило во что-то большое, но в то же самое время податливое. Бидди развернулась, выставив светильник перед собой. Послышалось жалобное мычание, и девушка не устояла на ногах.
— О нет! — вырвалось у испуганной Бидди.
Оказалось, что она ударила топорищем большого теленка, пасущегося возле куста. На шее у животного висел колокольчик, сделанный из листовой стали. Девушка и бычок несколько секунд смотрели друг на друга. Животное снова замычало, так же громко, как и в первый раз, а затем продолжило щипать траву, словно напавшая на него девушка не заслуживала внимания.
— Придурок! — крикнула Бидди, вставая на ноги и поднимая светильник, упавший на землю. — Чего ты шляешься в темноте?
— Думаю, он хочет сказать, что, по его мнению, сейчас самое время перекусить, — прозвучал мужской голос.
