•
•
•
Листаю до самых последних записей в блокноте:
•
•
•
•
•
– Какая дата последней записи? – спрашивает Старк.
– За день до пресс-конференции, – отвечаю я.
Мы с детективом встречаемся взглядами.
– Не понимаю, как все это поможет, – качает головой мистер Сноу.
– Зато я понимаю, – говорю я. – Мне нужна Лили.
Я откладываю «молескин» и лечу вон из номера. Тележка Лили подпирает дверь в другом конце коридора. Я нахожу ее внутри: она пылесосит ковер, оставляя на нем рисунок из сада камней.
– Лили! – кричу я, но она меня не слышит. Я выключаю пылесос и повторяю: – Лили.
Та вскрикивает и отпрыгивает в темный угол возле кровати.
– Все в порядке, – говорю я. – На тебя никто не нападал. Но мне нужно, чтобы ты пошла со мной прямо сейчас.
Не теряя ни минуты, я хватаю ее за руку и веду через коридор в номер 404, где нас ждут мистер Сноу и детектив Старк.
Я стою перед детективом, замирая от предвкушения. Лили рядом со мной.
– Лили, помнишь, несколько дней назад мы убирались в этом самом номере?
Она кивает.
– А ты помнишь, в каком состоянии был этот номер?
Она снова кивает:
– Здесь вечно беспорядок. Весь мусор и не соберешь. И так каждый день, когда я пыталась тут прибраться.
– Именно, – киваю я. – А помнишь, как мы смеялись над этими маленькими бутылочками шампуня и над тем, что повсюду стояла еда, все та же самая: коробки с недоеденными хлопьями, крекеры, вот эта огромная банка арахисового масла?
Лили кивает опять:
– Да. Все точно так и было.
– Не совсем, – возражаю я. – В тот день в банке с арахисовым маслом было что-то другое.
– Банка была открыта, а изнутри торчала ложка, – говорит она.
– Точно! Я вынула ложку и закрыла крышку, и еще заметила, мол, кто вообще оставляет банки открытыми и с ложками в них. Я вымыла эту ложку и тогда поняла, что это не серебряная ложка «Ридженси гранд», а обычная, из нержавеющей стали, взятая в «Сошиале». Ты помнишь?
Лили кивает снова и снова:
– Да. Я спросила, нужно ли вернуть ложку в ресторан, а ты ответила: нет, если столовым прибором пользуется постоялец, можно оставить его в номере.
– Именно так! И я положила эту ложку из нержавеющей стали на мини-бар, рядом с банкой арахисового масла. Но сейчас ложки там нет. Она исчезла. Лили, ты сегодня убирала этот номер?
– Насколько смогла. С таким бардаком трудно сладить.
– А ложку ты видела? – спрашиваю я.
Лили переводит взгляд с меня на мистера Сноу и детектива Старк.
– Где?
Она указывает на прикроватную тумбочку, подходит к ней и показывает:
– Вот она. Лежит возле лампы.
Я бегу посмотреть. Да, это она, самая обычная ложка из нержавеющей стали.
– Это она, – подтверждаю я.
Детектив и мистер Сноу приближаются. Старк смотрит на ложку, затем наклоняется и выдвигает ящик прикроватной тумбочки. Внутри, в шкатулке с красной атласной подкладкой и откинутой крышкой находится серебряный горшок для меда «Ридженси гранд».
– О нет! – восклицает Лили, как только замечает это. – Я вымыла тумбочку! Все было такое скользкое, липкое… Я тщательно все протерла, точно так, как ты меня научила, Молли – «чисти, в этом много смысла». Я не знала, нет, не знала, что лежит в ящике!
– Не волнуйся, – успокаиваю я ее. – Ты сделала все как надо.
Лицо детектива Старк осунулось, ее глаза широко раскрыты.
– Значит, убийца сохранил оружие. Она положила его в шкатулочку с атласной подкладкой. Это официально самый странный трофей убийцы, который я когда-либо видела. – Старк поворачивается ко мне. – Молли, нам был известен факт самого преступления и место.
– Убийство. Чайная комната, – подсказываю я.
– Теперь у нас есть и мотив.
– Месть, – продолжаю я. – Месть отвергнутой женщины.
