— Ну, и? — его двойник, на настроении которого пребывание в темном закутке явно сказалось абсолютно негативно, нахмурился, упирая одну руку в бок, — Как вы тут оказались? Я перемещаться во времени не умею, разве только… — взгляд его, устремленный на, так сказать, старшего Винсента, стал откровенно подозрительным. Последний насмешливо хмыкнул и, тоже уперев одну руку в бок, зеркально отразил позу собеседника.
— Не надейся. Я этого тоже не умею, все куда как прозаичнее… — он вздохнул и многозначительно прибавил, — Браслет.
Местный хранитель памяти нахмурился еще сильнее. Во взгляде его, как показалось не знающей, как бы вклиниться в беседу, девушке, на мгновение мелькнуло непонимание.
— Браслет?..
Винсент из будущего закатил глаза и, схватив свою безмолвно стоящую спутницу за правую руку, решительно вытянул последнюю, тыкая опоясывающим тонкое запястье браслетом едва ли не в нос своему двойнику из прошлого. Последний рефлекторно отшатнулся, однако, тотчас же подался вперед, вглядываясь в украшение на руке новой знакомой с уже куда как большим вниманием и интересом. Насладившись же его созерцанием в полной мере, он медленно поднял взгляд и, абсолютно игнорируя категорически недовольную столь бесцеремонным обращением с ней, девушку, напряженно сглотнул.
— Так значит… она объявилась?
Винсент из будущего хладнокровно кивнул и, наконец отпустив руку своей спутницы, указал на нее взглядом.
— Она хозяйка.
— Но кто она? — Винсент из этого времени слегка приподнял брови, оглядывая стоящую рядом с ним Татьяну с явным непониманием, — Я никогда не видел ее, она же не…
— Не Нормонд, — подтвердил хранитель памяти из будущего и, на миг сжав губы, загадочно прибавил, — Кошка знает.
Последняя фраза оказалась решающей. Девушка, не выдержав более муки любопытством, все-таки предприняла попытку вмешаться.
— Послушай…
— Значит, это не она? — перебил хранитель памяти из прошлого, кажется, даже не заметивший этой попытки. Его собеседник отрицательно покачал головой. В глазах младшего Винсента на мгновение мелькнул какой-то вопрос, однако, почти сразу же сменился пониманием, и он, мимолетно глянув между ступеней лестницы на набитый людьми зал, тихо произнес:
— Эрик?..
— Да, — «будущий» Винсент нахмурился и, опустив до сих пор упертую в бок руку, почему-то вздохнул, — Если бы не эти безделушки, ты бы и не узнал, что мы тут были.
— Безделушки? — моментально выхватив из общего контекста самое главное слово, местный хранитель памяти тоже нахмурился, — Значит, и кулон тоже… — взгляд его вновь обратился к девушке и самым беспардонным образом скользнул по ее шее к вырезу декольте.
Татьяна, на несколько мгновений растерявшаяся от такого откровенного, на ее взгляд, хамства, сама уперла руку в бок.
— Минуточку, я…
— А он? — опять перебил ее младший хранитель памяти, серьезно и напряженно глядя на своего собеседника. Тот явственно помрачнел.
— Вспоминает, — проговорил он сквозь зубы, — Выбора не было.
— Я все равно не понимаю, почему ты решил показать все ей, еще и без разрешения! — неожиданно возмутился его двойник, — Что вообще?..
— Узнаешь, когда время придет, — голос Винсента прозвучал несколько прохладно, однако, тотчас же ощутимо потеплел, — Впрочем, раньше, чем все.
Хранитель памяти из этого века задумчиво покивал, опустив голову, и с неожиданным интересом вновь взглянул на собеседника.
— Насколько ты старше?
Винсент из будущего чуть ухмыльнулся. Голос его, когда он заговорил, поражал той самой насмешливой безмятежностью, что некоторое время назад читалась на его лице.
— Триста лет.
— Три… ста?.. — его собеседник как-то машинально сделал шаг назад. В пораженном взгляде его, устремленном на двойника, мелькнул откровенный испуг.
— Но…
— Думал, столько не проживешь? — фыркнул Винсент из будущего, — Зря. Хотя не могу сказать, что эти три века будут для тебя очень уж насыщенными.
— Нет, я да, но… — младший хранитель памяти тряхнул головой и устало вздохнув, провел ладонью по волосам, — Эрик? Он разве не…
— Вскоре уже нет, — сумрачно ответствовал мужчина, вновь собственными словами подстегивая явно разгорающийся интерес двойника к закручивающейся вокруг интриге.
— Да что ж такое-то! — Татьяна, уставшая интеллигентно напоминать о своем существовании, в конце концов не выдержала и, сделав шаг вперед, встала так, чтобы оказаться между собеседниками, — Вы хоть кого-нибудь, кроме себя, слышите?!
Винсент из будущего на мгновение натянул на лицо выражение крайней обреченности и тут же неожиданно очаровательно улыбнулся.
— Да-да, Татьяна, я внимательно тебе внимаю. Чего тебе надо, дитя мое?
— Сам ты дитя свое, — огрызнулась девушка и, решительным жестом отодвинув хранителя памяти в сторону, шагнула в сторону зала, — Токуете, как два глухаря, слова не вставишь! Браслетик вы уже рассмотрели, загадочные фразочки объяснять не собираетесь, стоять я уже устала, так что пойду, пожалуй, посижу на лавочке от греха подальше, — завершив сию тираду, она одарила собеседника быстрой, раздраженной улыбкой, и предприняла попытку направиться прочь, однако последний ожидаемо остановил ее.
— Татьяна…
