Если эти люди направляются на Трёхгорку, то к берегу, скорее всего, они пристанут в этом же месте. Ну, и начнётся: «Зачем вы здесь?» — «А вы сами-то зачем сюда приплыли?» Будет ли у них убедительное объяснение — зачем они сюда приплыли — не знаем, а вот у нас такого ответа так до сих пор и нет.
Похоже, у нас троих одновременно просыпается наша крепко дрыхнувшая до этого интуиция и всё настойчивее требует отказаться от братания на Трёхгорках с кем бы то ни было.
Пока они нас на фоне гор не заметили, надо отплыть и где-нибудь спрятаться.
Стащили лодку в воду, завели мотор.
Оплываем остров, выбирая место, откуда можно было бы посмотреть — кто и зачем сюда направляется.
…Вот, пожалуй, подходящая бухточка. Песчаный бережок сразу переходит в изъеденный водопадами талых вод склон одной из трёх гор острова. С её вершины мы и понаблюдаем, кто же это сюда плывёт, и что он или они будут здесь делать. Гора не пугает ни своей высотой, ни крутизной — быстро взберёмся.
…Вершина горы — почти плоская, небольшое плато.
Какое удобное место — как далеко всё видно отсюда. И как красиво то, что видно, — вот он, морской простор! Песни бы петь на этой вершине, но не до песен нам сейчас.
…Это — «Казанка». А в Аральске пока все лодки с подвесными моторами — «Казанки», кроме «Прогресса» рыбинспектора Ветрина.
…Лодка приближается к берегу. В ней — трое.
…Прибыли. Выволакивают свою лодку на берег метрах в ста от того места, где были мы.
Ага, у них и бинокль тоже есть. Пока он висит на груди одного из мужчин.
А мы по очереди смотрим в наш бинокль — ну, и что вам здесь, дяденьки, надо? Рыбачить можно и намного ближе к городу, а охотиться на Трёхгорке не на кого.
Конечно, с чего же ещё нашим мужикам начинать любое дело, как ни с такого обязательного ритуала: они разлили содержимое бутылки по стаканам, выпили. Покурили.
Рассматривают что-то на листе бумаги.
Один из них вытаскивает из лодки какую-то штуковину на длинной ручке, проводит несколько раз ею над землёй, потом взваливает на плечо.
Что же это такое и для чего?
— Миноискатель… — первым догадывается Лёня.
Вот те на! Какие мины могут быть на Трёхгорке? Да и не в форме эти люди. Что-то не слыхивали мы о таком хобби цивильных граждан — разминировании. Зачем же им тогда нужен здесь миноискатель?
Присмотримся-ка мы к этим гостям Трёхгорки ещё внимательней.
…Передавая бинокль Лёне, уже не сомневаюсь:
— Тесак!
— Он, — прикусив губу, соглашается Лёня, посмотрев в бинокль.
Да, один из этих троих был Владимир Романенко — Тесак. Двух других мы в Аральске никогда не видели.
Ах, Игорёк, Игорёк! И что же тебя заставило пойти на такое предательство? Ревность? Или просто так напился, что не удержал язык за зубами? Или испугался, что не поделимся мы с тобой? Нет, едва ли ты испугался этого. Скорее, ты опасался, что и делиться будет нечем. Что мы с Лёней никогда не найдём Золотой Казан. Пацаны ещё, а вот деловой Тесак…
Миноискатели даже в богатом на всякие сюрпризы аральском хозмаге не продаются. Миноискатели в СССР нигде не продаются. Романенко, надо думать, пришлось взять в долю ещё и этих двух из «Урала» — только в воинской части можно было раздобыть этот аппарат.
Да, с миноискателем они, конечно, найдут клад Успана быстрей, чем мы. Да что там — быстрей. Сейчас мы ещё острей понимали, что у нас вообще нет почти никаких шансов найти Золотой Казан. У нас до сих пор даже никакой системы этих поисков нет. А у них вон — и план какой-то на бумаге составлен, и самый лучший инструмент для поисков имеется…
Они ещё раз покурили, разглядывая свои наметки. Прежде, чем двинуться, Тесак осмотрел окрестности в бинокль.
Возможно, это Игорёк подсказал ему, куда надо будет на Трёхгорке смотреть в первую очередь. Но и без этого заметить свежие следы только что законченной нашей кладоискательской деятельности у якоря можно было, пожалуй, и невооружённым глазом.
Вот туда они быстрым шагом и двинулись, с лопатами и миноискателем.
Покопались у якоря, поняли, что опоздали, и стали внимательно осматривать в бинокль окрестности.
Нам надо было ещё сильнее прижиматься к земле? Или нас выдали блики стёкол нашего бинокля? Тесак не мог беспричинно так долго смотреть сюда. А те двое, следуя его подсказке, по очереди сразу направляли бинокль в нашу сторону.
А вот потом их поведение резко изменилось. Оно как бы говорило: «Нет-нет, мы никого и ничего такого подозрительного не заметили и собираемся переплывать в другое место на острове совсем по другой причине».
Не торопясь, возвратились к своей лодке, без всякой суеты стащили её в воду, сели. Больше ни единого жеста, ни даже взгляда в нашу сторону. Завели мотор и для пущей маскировки начали оплывать остров в направлении с большим до нас расстоянием. Но мы уже не сомневаемся — они направляются к нам.
Если они так маскируют свои намерения, то встреча с ними тем более не обещает нам ничего хорошего.
