Мой взгляд упал на озеро, над которым собирался мягкий туман. На поверхности, где плавали кувшинки, начали лопаться маленькие пузырьки; это лягушка, квакая, прыгнула в воду. В тот момент мне тоже захотелось просто уплыть от своих проблем: погрузиться глубоко в воду и позволить тьме окутать меня, оставив все заботы на поверхности. Но мне это не под силу, так что придется встретиться с проблемами лицом к лицу.
Обернувшись, я заметила в глазах Шарлотты и Милы не праздное любопытство, но искреннюю заинтересованность. В этот момент до меня дошло: пусть мне и придется сталкиваться с проблемами, но не в одиночку.
– Моя сестра четыре года назад тоже поступила в Роузфилд, – спокойно начала я. Поднялся легкий ветер, я медленно застегнула пуговицы шерстяного пальто. – Ее звали Люси, она обучалась вокалу.
– Звали? – осторожно переспросила Мила. – То есть… – Она прервалась.
Я кивнула.
– Она умерла.
Шарлотта прижала ко рту ладонь и испуганно вздохнула.
– Мои соболезнования, Хейзел.
Уголки моих губ дернулись.
– Спасибо.
– А что случилось? Ты, конечно, не обязана рассказывать; только если хочешь поговорить об этом. – Впервые с тех пор, как мы познакомились, Мила выглядела смущенной.
Я снова сделала глубокий вдох и подняла взгляд. Листья деревьев шелестели на ветру, некоторые ветки раскачивались в такт, словно танцуя под тихую мелодию.
– Люси умерла здесь, в академии. Нам сообщили, что произошел несчастный случай, но… она всегда была осторожна. Моя сестра никогда в жизни не сделала бы ничего легкомысленного.
Сердце бешено колотилось. Я дрожала всем телом, но не из-за холода. До этого я обсуждала свое подозрение только с родителями и Джонни, моим лучшим другом из Кардиффа. Поначалу Джонни пытался поддерживать меня, однако он никогда мне не верил. Это глубоко меня ранило, и какое-то время мне тоже казалось, что я схожу с ума и просто придумала себе все это, ведь на момент смерти сестры мне было всего пятнадцать. Но когда в семнадцать лет я пересмотрела версию произошедшего, мне стало ясно, что, скорее всего, мои мысли правдивы.
Шарлотта заговорила первой. Она встала, разгладила платье, а затем крепко притянула меня к себе и осторожно погладила по спине.
– Это ужасно, врагу не пожелаешь через такое пройти. – Мои глаза жгли слезы. – Ты знаешь, как именно она?..
Я медленно отстранилась от Шарлотты. Сострадание отражалось в каждой черте ее лица. Она не смотрела на меня как на сумасшедшую, что невероятно много для меня значило.
– Говорят, Люси с друзьями проникла на колокольню, чтобы попробовать себя в хаусраннинге[3], но страховочный трос оборвался, и она упала вниз. Остальные просто получили ранения от легких до тяжелых, а Люси… – У меня участилось дыхание. Мне показалось, что вокруг горла туго затягивается петля. Я сглотнула. – Все указывает на несчастный случай, что, возможно, так и есть, однако кто-то наверняка ее на это уговорил, я уверена! Люси никогда бы не решилась на нечто подобное сама.
Я отошла на несколько шагов и поправила хвост. Затем я закрыла глаза и сделала глубокий вдох: один раз, второй, третий – дыхательное упражнение от моего бывшего терапевта. Когда я почувствовала себя готовой и собралась с мыслями, я снова повернулась к Шарлотте и Миле. Обе обменялись странными взглядами, которые ясно дали мне понять одну вещь.
– Вы мне не верите, – выдохнула я. Мое дыхание образовало облачко, которое смешалось с воздухом и исчезло.
– Нет! – одновременно воскликнули они.
– Но… – Мила вздохнула, намотала на палец одну из ярких лент и прикусила нижнюю губу. Она нервничала?
Шарлотта снова разгладила платье и села на бревно. Она заправила волосы за уши и по-матерински посмотрела на меня.
– Ходят слухи, что в Роузфилде существует тайное студенческое общество. Никто не знает, как к нему присоединиться и кому оно принадлежит, но, говорят, претенденты на членство проходят рискованные испытания. Лишь у того, кто справляется, есть возможность окончательно присоединиться к обществу. Случай на колокольне… мог быть одним из таких испытаний.
Я наморщила лоб.
– Хочешь сказать, моя сестра была одной из претенденток? – Я недоверчиво покачала головой. – Не может быть. Люси наверняка рассказала бы об этом, у нас не было друг от друга секретов! – Голос сорвался, но мне было все равно. Пульс участился, я едва могла дышать.
Мила вскочила и схватила меня за руку.
– Эй, все хорошо. Спокойно. Давай, садись. – Она подвела меня к пню и усадила рядом с Шарлоттой.
Я была уверена, что Люси рассказывала мне все, однако теперь меня одолели сомнения. Да, за время, проведенное в Роузфилде, она изменилась: стала более замкнутой и не особо часто появлялась у нас. Но в элитном университете не до поддержания контактов. Я все понимала, поэтому никогда не задумывалась об этом.
Однако, если верить Шарлотте и Миле, здесь сложно завести друзей. Человек полагается только на себя, что быстро приводит к одиночеству. Возможно, поэтому Люси решила попробовать присоединиться к тайному обществу. В конце концов, кто бы от такого отказался?
– Что еще вы знаете? – спросила я.
