– Что многие вещи умалчивают, чтобы не запятнать репутацию академии. – Шарлотта отвела взгляд.
Мила хмыкнула, соглашаясь:
– Все так.
Она наклонилась к нам и понизила голос, хотя мы были в лесу одни.
– Я уверена, что у ректора влиятельные знакомые. Иначе как объяснить, почему в СМИ ни разу не появлялось негативных заголовков? Студенты не всегда ведь держат язык за зубами, и можно многое выяснить, но… далеко не все.
– Особенно когда речь идет о незаконной деятельности; о ней вряд ли узнаешь, если не был на месте сам или не участвовал. – Шарлотта поджала губы. – Но я абсолютно уверена, что несчастный случай с твоей сестрой как-то связан с этим обществом. Наверняка кто-то позаботился о том, чтобы об этом умалчивалось.
– Раз даже спустя годы никто не знает, что такое когда-то вообще произошло. – Мила кивнула.
Когда резкий порыв ветра коснулся моей кожи, по телу пробежали мурашки. Сердце продолжало бешено колотиться в груди.
– То есть вы никогда не слышали о происшествии? Вы не знали, что на территории академии кто-то погиб?
Мила и Шарлотта покачали головами. Было немыслимо, что такая трагедия в кампусе не стала предметом обсуждения, тем более что сам ректор Кавано был в курсе. Да, прошло несколько лет, но ведь память погибшего нужно чтить. Меня разозлило, что о моей сестре забыли, да еще и там, где я чувствовала себя так близко к ней.
Возможно, эти двое правы: здесь судорожно пытаются сохранить репутацию академии. Но если я сейчас дам волю гневу, то привлеку к себе внимание, чем, вероятно, сорву свои собственные планы.
– Вы знаете, как вступить в это общество?
– Могу поспрашивать, – предложила Мила. – На моем потоке есть пара сплетников, вдруг кто-то знает больше.
– Было бы потрясающе! – воскликнула я в порыве эйфории, однако потом меня все же охватило уныние. – Но вы правда не обязаны мне помогать. Я не хочу втягивать вас в опасности.
Шарлотта тихонько хихикнула.
– Ой, что за чушь! Ничего с нами не случится.
– Если за всем этим действительно стоит Общество, я уверена, они не хотели бы, чтобы кто-то раскрыл их маленький секрет, – настаивала я. – Вы должны понимать это, если согласны помочь.
Я переводила взгляд с Шарлотты на Милу и обратно, пытаясь разглядеть в их глазах неуверенность, что-то, что даст мне понять, что они жалеют о своем решении и хотят отступить, но во взглядах моих соседок не было ничего, кроме чистой решимости.
– Мы понимаем, – с энтузиазмом сказала Мила.
Шарлотта кивнула. Ее щеки покраснели от холода.
– Мы будем осторожны. К тому же мы не делаем ничего запрещенного. Немного расспросов никому не повредит.
– Спасибо, правда. Не знаю, чем я вас заслужила, – ответила я, улыбаясь, по-прежнему с некоторой робостью в голосе. – А если это все-таки станет опасно…
– …Мы унесем свои задницы в безопасное место, – закончила реплику Мила. И хотя я готовилась произнести другие слова, ее высказывание выражало мои мысли.
– И как можно скорее, – добавила я. – Если я тоже могу что-то для вас сделать – неважно что, – только скажите. Я ваша должница.
– Пожалуй, есть одно дельце. – Мила широко улыбнулась.
Быстро она.
– Хорошо, выкладывай.
Мила залезла в карман брюк, достала аккуратно сложенный лист бумаги и протянула его мне. Шарлотта придвинулась ближе, чтобы тоже взглянуть.
Листовка о прослушивании.
– Мне отвезти тебя туда? – спросила я в замешательстве. Машины у меня не было, но в Маркет-Рейзене, ближайшем крупном городе, точно был автопрокат.
Мила посмеялась и покачала головой. Мне в лицо плеснули брызги воды с ее волос: начался дождь, но, поскольку нас с Шарлоттой укрывала крона дерева, я заметила это только сейчас.
– Нет, но, если ты найдешь время периодически аккомпанировать мне на фортепиано, будет здорово.
Я удивленно подняла брови. И все?
– Конечно, буду только рада.
Мила завизжала.
– Отлично, ты лучшая.
– На какую роль пробуешься? – спросила Шарлотта, забирая у меня листовку. Надпись гласила: «Готовится новая версия мюзикла
– Разумеется, на главную – Сатин.
Я оглядела Милу с головы до ног: ее легко представить в этой роли; аккуратно уложить рыжие волосы, нарядить в расшитое блестками платье с корсажем – и она станет идеальной Сатин.
– Ты справишься. А я помогу чем смогу, – повторила я.
– И я, конечно, тоже. Можем вместе практиковаться в техниках дыхания, чтобы побороть твой страх сцены. Недавно я прочитала об этом одну интересную статью, которая точно будет полезна, – добавила Шарлотта.
– Страх сцены? – переспросила я.
Мила вздохнула.
– Когда дело доходит до главных ролей, мой мозг отключается. – Этого я не ожидала. Она выглядела такой бойкой и уверенной в себе, будто ей не было равных. Однако у каждого свои проблемы. – Спасибо, девочки. Мы еще к этому вернемся. А пока давайте пойдем в общежитие и подумаем, как разгадать загадку Хейзел.
