Однако уж лучше такой сосед, чем тот, который приседает на уши и постоянно действует на нервы.
– Оу-у, твоя бабушка связала тебе новый свитер? – Джош удобно устроился на диване и включил один из комедийных боевиков, которые ему так нравились. Полупустая чашка с попкорном у него на коленях наводила на мысль, что он сидит здесь уже какое-то время.
– У тебя нет занятий?
– Нет, я сказал, что болею. – Он открыл рот и закинул внутрь горсть попкорна. Половина отскочила от его губ и зубов и упала на диван и пол. Если Харви потом найдет в щели дивана хоть крошку, разверзнется ад.
– Почему? – спросил я, открыв дверь своей комнаты, чтобы скинуть вещи.
– Эта рыжеволосая дьяволица мне весь мозг вынесла.
Я плюхнулся рядом с Джошем и потянулся к чашке. В телевизоре только что взорвалась машина, и двое парней – предположительно агентов – отлетели на двадцать метров, не получив ни единой царапины.
– Что она опять натворила?
Понятия не имею, что именно не поделили эти двое, но на одном из курсов Джоша училась девушка, с которой он постоянно ссорился. Как ее звали на самом деле, я не знал, так как он всегда называл ее просто рыжеволосой дьяволицей.
– Она отрезала мне конец, – буркнул Джош.
Я прыснул со смеху.
– Но ты вполне себе нормально сидишь. Может, тебе лучше сходить к врачу?
Прежде чем я успел осознать, что происходит, прямо мне в лицо полетела порция попкорна.
– Очень смешно, умираю от смеха, – пробормотал Джош. – Конец хвоста! В семестровом спектакле я играю роль Гуса из «Популярной науки о кошках», а эта стерва испортила мне костюм.
Я легонько ударил его по ребрам. Джош потер бок и гневно сверкнул на меня глазами. Сам виноват. Он знал, как я отношусь к тем, кто пренебрежительно отзывается о женщинах.
– Ну а ты что сделал? – спросил я.
– В смысле? Что я мог сделать?
– Я почти уверен, что она пошла на это только потому, что
Джош сунул в рот очередную горсть попкорна.
– Ты бредишь. – Он чавкнул, выплюнув половину. Я брезгливо потер лицо.
– Как скажешь. Просто поговори с ней и спроси. Вдруг ты неосознанно что-то сделал?
– Только через мой труп.
Я пожал плечами.
– Тебе виднее, парень, но сидеть, поджав хвост, тоже не выход. Намеренный каламбур. – Я рассмеялся.
Но Джош предпочел разыграть оскорбленную невинность.
– Мне нужны новые соседи по квартире.
Еще минут десять я сидел на диване, уставившись в телевизор. Фильм просто ужасен, но взгляд оторвать невозможно. Когда еще уйма зданий взлетела на воздух и снова никто не пострадал, я ушел, оставив Джоша одного.
До моего индивидуального занятия оставалось полтора часа, можно немного прогуляться. Я присел на край кровати, вытащил из коробки письма и вскрыл бабушкину посылку. Улыбнувшись, достал оттуда длинный черный шарф. На маленькой открытке было написано:
Моя бабушка лучшая. Несколько лет назад они с дедушкой эмигрировали на юг Франции, чтобы спастись от пасмурной британской погоды. Последние годы своей жизни они хотели провести вместе на солнце, наедаясь багетами и круассанами до отвала и отдыхая душой, и более чем заслуживали этого. Дедушка долгое время работал на стройке, где после несчастного случая оглох на одно ухо, а бабушка была певицей в ночном клубе, где выступала по несколько раз в неделю, в основном исполняя собственные песни. Большого прорыва ей добиться так и не удалось, но она передала свой артистический талант маме, которая стала балериной и выступала по всему миру.
Я несколько раз обернул шарф вокруг шеи: тут метра четыре в длину точно. Должно быть, бабушка вязала его вечность. Нужно будет завтра отправить ей письмо с благодарностью. Можно, конечно, и просто позвонить, но мы же знаем, как она любит получать почту и продолжает писать бумажные письма, а не электронные, хотя мы часто объясняем ей, как работает современная техника. Тем не менее бабушка настаивает на том, чтобы писать от руки, считая это более личным, и в чем-то она права.
Мой взгляд скользнул к будильнику на прикроватной тумбочке. Если я все еще хочу прогуляться, нужно срочно выходить. Я вскочил на ноги, и письма упали с кровати. Собрав бумаги, я проглядел их: чек за новый ноутбук, купленный на днях, письмо из университета и серебристый конверт без отправителя – наверное, приглашение на очередную вечеринку. Пожав плечами, сунул письма в ящик тумбочки: займусь ими позже.
Сняв шарф – сейчас он мне ни к чему, – я быстро надел пальто и покинул территорию университета.
В мои планы входило всего лишь немного прогуляться, но и этого должно хватить, чтобы прогнать из мыслей Хейзел. Нельзя, чтобы из-за нее пострадала моя игра на скрипке, так что придется постараться.
