На улице стоял туман. Плотные клубы пара стелились по земле и обволакивали ботинки. Идеальная погода для прогулок по Линкольншир-Уолдс – холмам в английском графстве Линкольншир. Что мне особенно нравилось, так это то, насколько разнообразны местные пейзажи. Выйдя через парадные ворота академии, ты спускался с холма на главную дорогу, перед которой простирались сочные зеленые луга и долины, изрезанные ручьями, в чьих водах я не раз смывал пот с лица в летние месяцы.

К югу от академии все выглядело иначе: там к территории примыкал небольшой лес, больше похожий на густое скопление деревьев, спускающихся с возвышенности. У подножия находилось кристально чистое, но заросшее зеленью озеро, которое на первый взгляд можно было счесть мелководьем, но на деле там глубоко и плавать в нем небезопасно.

Пять лет назад мы с семьей переехали в Тилби, деревушку недалеко от академии. Мне там понравилось, и я открыл в себе любовь к пешим прогулкам. А вырос я в Лондоне. Город красивый, бесспорно, но шумный и переполненный, причем не только жителями, но и туристами со всего мира.

Территория Линкольншир-Уолдс оказалась приятным местом для смены обстановки. Чем старше я становился, тем больше учился наслаждаться тишиной.

Прогулки были нашим с Линн общим увлечением. Мы часто часами бродили бок о бок, не обмениваясь ни словом. Но этого и не требовалось, ведь мы и так понимали друг друга. Это всегда определяло наши отношения. Вчера я был близок к тому, чтобы рассказать Хейзел больше, рассказать все, но пока я еще мог сдерживаться. Черт, я снова думал о ней, хотя пришел сюда специально, чтобы не думать.

Покачав головой, я пошел дальше, мысленно возвращаясь к дням, проведенным с Линн. Еще одна причина радоваться, что мы переехали в Тилби, – можно без проблем навещать сестру по выходным. Мне нужна уверенность, что с ней действительно все в порядке. Несмотря на то, что по видеосвязи или в переписке она всегда утверждала, что у нее все отлично, мне требовалось убедиться в этом лично.

Мой взгляд блуждал. Небо затянули тучи, за которыми тихо громыхал гром. Кажется, еще немного – и на землю хлынет дождь, что будет мне только на руку.

Вибрация телефона отвлекла меня от размышлений. Я достал его из куртки и разблокировал экран.

Котик, ты где?

Моих соседок сейчас нет, не хочешь подняться ко мне в комнату? Можем вместе подготовиться к тесту по истории музыки…

Застонав, я отключил телефон и сунул его обратно в карман. У меня не было желания отвечать. Это мое время, крайне необходимое время для себя, а Джоанна не понимает слова «нет». Уже год она пыталась заполучить меня. Без понятия, почему она не сдавалась; может, заключила пари с подругами. Нас с ней ничего не связывало, просто на первом семестре три недели проучились в одной группе. С тех пор у нее остался мой номер, и она писала мне в самый неподходящий момент. Независимо от того, сколько раз я ее отшивал – а это было часто, – она продолжала попытки.

Налетевший порыв ветра распахнул мне пальто. Я спрятал руки в карманы и двинулся дальше. Сегодня я собирался прогуляться по холмистой местности с северной стороны, но теперь у меня оставалось мало времени до индивидуального занятия.

Вот почему я любил среду. Никаких теоретических занятий, только практика: сначала ансамбль, затем индивидуальный урок – прекрасная альтернатива теории, которая на втором курсе действовала на нервы даже больше, чем на первом. Но ничего: глаза боятся, а руки делают.

Когда ветер усилился, я все-таки решил вернуться. Я надеялся, что в ближайшие дни станет солнечнее, ведь я уже несколько недель как следует не гулял. Может, мне удалось бы показать Хейзел несколько мест в окрестностях.

Блин, опять! Я закатил глаза. То, что я так много думал о девушке, совсем на меня не похоже. Должно быть, дело в ее загадочном поведении. И в больших глазах и пухлых губах, которые мне так хотелось поцеловать… о чем я слишком уж часто думал.

Нужно срочно вернуться в общежитие и принять холодный душ.

<p>12. Хейзел</p>

Мне с невероятным трудом удавалось держать глаза открытыми. В последние несколько дней приходилось выполнять очень много домашних заданий, плюс репетиция с Тристаном и поиск следов с девочками. Не могу сказать, что мы хоть немного продвинулись.

Мила расспросила всех сплетников со своего потока, но, похоже, никто ничего не знал. Хотя, если честно, подозреваю, что никто не хотел ничего говорить. Если студенческое тайное общество действительно существует, хоть кто-то должен о нем знать.

Шарлотта тоже навострила уши, но среди ее знакомых мало кто мог владеть информацией. Большинство, включая ее саму, занимались своими делами и не вмешивались в дела других. Восхитительное качество, я для этого слишком любопытна.

Перейти на страницу:

Все книги серии Академия изящных искусств

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже