— Мы искали в городе, но не думали искать за его пределами. Вернее, думали, конечно, но где-то гораздо дальше. Буду с тобой откровенным, с самого начала подозрения пали на Энраилл. У них есть все, кроме силы ведьмы, но ее они могли найти среди больных солнечной болезнью. Сегодня беднягу уговорили применить силу, а утром он уже все забыл. Как тебе? Это идеальное оружие! — Щелкнул пальцами. — Но вот мотива мы так и не придумали. Пришлось обратиться за помощью к правителям ближайшего региона. Надеялись, что они подкинут нам каких-нибудь новостей, не предназначенных для широкой огласки, и в них найдется мотив. Даже тонко намекнули им на подозреваемых. Понадеялись, что вражда Аклен’Ил с мудрецами, тоже натолкнет их на верный путь.
— Они другие, Дес. Мыслят иначе.
— Знаю. И окончательно утвердился, когда они посовещались и послушно понеслись к мудрецам за советом, приняв наш намек за совет обратиться к ним. Ни шагу без их ведома и все по строгой указке духов. С каких пор они стали заменять трезвый разум? Прости, не хотел тебя обидеть.
Я поморщился. Алурей давно оставил меня одного, будто я стал ему не нужен. Он больше не владеет моим разумом. Я просто делаю то, что должен.
— Вы подозревали Энраилл. Что заставило вас изменить мнение?
— Ничего. — Дес пожал плечами. — У нас по-прежнему нет ни одного мотива. Там их превозносят, наши горожане уважают за стремление сохранить знания о прошлом. Как их обвинить, Кейел? Да и список подозреваемых… Ты же видел эти ящики с бумагами. Ведьма умрет от ожидания, пока мы их все разгребем!
Подозреваемых, если не искать мотив, в самом деле много: целые гильдии исследователей, множество независимых знахарей, южные племена, в чьих языках, часто используются схожие символы… Как сократить этот список, никто так и не придумал, а мудрецы, обвиняя невиновную, еще и усложняют поиски ведьмы. И наверняка Деса их поведение подталкивает на мысль, что Энраилл отводят от себя подозрения. Я вот теперь и их готов рассматривать, как ведьму.
Дес потер виски, а затем поднялся и произнес:
— Ты вчера здорово помог с трактовкой символа. Сходи в штаб и повтори успех. Прогуляешься, проветришься, чтобы я не переживал, что ты опять из-за своей человечки аппетит и интерес к жизни потеряешь. Мир спаси, потом делай что хочешь. — Согнул руку в локте, выставив указательный палец. — Только на север не возвращайся.
Я улыбнулся, укладывая руки под голову.
— А ты?
— А я займусь твоей идеей. Мы ведь и не задумывались, что кто-то мог предположить такую чушь, как обращение за помощью к мудрецам. Ищейки, поисковые амулеты… Это все слишком трудно для севера, слишком невероятно. К тому же мы не искали среди тех, кто стабильно выбирается в горы, а ведь среди них тоже мог кто-нибудь затесаться. Какой-нибудь изгой из почтенной семейки со своими обидами. Мы перерыли город вверх дном — и все. На этом успокоились.
Он быстрым шагом дошел до двери, уже открыл ее, но оглянулся и, нахмурившись, сообщил:
— А да, забыл сказать. Правители региона Цветущего плато все же рискнули и доверились нам. Делегация с Волтуаром во главе отправилась в путь несколько дней назад. Если погода будет благоприятной, они прибудут в течение недели-двух. — Снова приоткрыл дверь, но опять закрыл ее.
Казалось, воздух стал плотнее. Я слушал, боясь пропустить малейший звук.
— И еще. В личном письме верховному правителю он просил о подарке. Кейел, прости меня друг, но мы не можем отказать ему. К тому же присутствие Ани на празднике — это мелочь. Ты можешь просто напиться и проспать весь праздник в моем доме. А можешь пойти туда и не позволить им даже поговорить. Но, само собой, без рукоприкладства и оскорблений. Пусть полюбуется ею издали. У тебя есть время на раздумья, но не затягивай. Тебе тоже нужно официальное приглашение.
Аня.
Ещё два дня тренировок не принесли никаких результатов, кроме падения моей уверенности в себе. Возможно, я плохая ученица, но ведь старалась изо всех сил. Перед сном беседовала с духами вслух, напоминая чокнутую, на тренировке пропускала через себя эмоции каждого. Точно знала, что Ксанджи не любили монотонное вытягивание гласных — однообразное пение, зато были в восторге Айссия и ещё несколько духов. Почти всегда холодно на все реагировал дух с тяжёлым поводком, будто железным, но железо отдавало пугающим холодом, мало что имеющим общего со свежим морозом. Этого духа я назвала Смертью. Он напоминал о ней, о болезнях, о чем-то плохом, мрачном, но я помнила, как он помог спасти Роми.
