— Тут была иллюзия, а под ней… наверное, артефакт. Сейчас не разобраться, все расплавилось. Даже иллюзия исчезла.
Я улыбнулась шире и, закрыв глаза, положила затылок на крепкое плечо Кейела. Кем бы ни оказался наш враг и какие бы планы ни вынашивал, меня на жертвенном алтаре он не увидит, а значит, и Кейела тоже.
Нам понадобилось еще некоторое время, чтобы просто посидеть, прислонившись спинами к стенам, и поболтать на отстраненные темы. Хотелось сбросить напряжение и набраться моральных сил для дальнейшего пути. Елрех и Роми сидели напротив, взявшись за руки и играя пальцами. Ив расположилась рядом с ними и переплетала длинную черную косу. Кейел развалился полулежа возле меня, подложив под себя наши сумки и куртки, и в каком-то только ему известном ритме тихонько постукивал острием кинжала по полу.
— Эй, глупая человечка, — с улыбкой обратился ко мне Роми. — Почему ты никому не рассказала, что я почти убил тебя?
— Ты пытался ее убить?! — Глаза Ив расширились, а Охарс шарахнулись от нее, будто испугались громкого голоса.
Елрех тяжело вздохнула и, удобнее устраивая голову на плече супруга, осуждающе пробормотала что-то на непонятном языке.
— Когда такое было? — поинтересовался Кейел, устремляя хмурый взор на Роми и ударяя кинжалом сильнее, быстрее, звонче.
— Не переживай, неправильный человек, — склоняя голову набок, ответил рогатый. — Давно. Во время нашего с ней знакомства, и ту царапину ты увидел.
— А, — коротко отметился Кейел и снова потерял интерес к беседе.
Я хмыкнула и произнесла первую чушь, которая пришла в голову:
— Может, у меня нашелся бы поклонник, который захотел отомстить, а я подозревала, что мне понадобится кто-то на замену младшему брату. Правда, не обессудь, он умнее тебя. — И раскачивая ногой из стороны сторону признала негромко. — Хоть ты и умница.
Через несколько минут я сдавала Елрех ее возлюбленного:
— Сначала он сравнил тебя с пауком, а потом меня с червями. — Почесала нос и добавила: — Или, наоборот: сначала меня, а потом тебя.
— И ты смеешь жаловаться ей на меня после того, как хотела ее опоить зельем щедрости? Там была доза, способная разорить самого жадного эльфа.
Кейел, продолжая смотреть на кинжал, расплылся в широкой улыбке, а потом хохотнул.
— А ты так и не отдал ничего из обещанного, — обиженно протянула Елрех, глядя на него.
Он и вовсе расхохотался, запрокидывая голову. Его задорный смех разнесся по всему коридору, и стал заражать меня, но Роми поддержал смех первым. Вскоре мы все вытирали слезы от необъяснимого хохота, который долго не могли остановить. Казалось, еще немного — и я разрыдаюсь из-за него.
— Пора, — выдохнул Кейел с прежней улыбкой и стал подниматься.
Веселье как рукой сняло.
«Пора» — короткое слово, а внутри перевернуло все вверх дном.
— Пора, — тихо согласилась я, вкладывая руку в раскрытую ладонь Кейела и пряча от него глаза. — Пора.
Длинный коридор пугал, несмотря на то, что мы уже много раз убедились — ловушки уничтожены. Бесконечная вереница драконьих голов безмолвно взирала на нас, раскрыв пасти. В полумраке они казались настоящими, грозными и… немного печальными. Я следовала за Кейелом, с трудом сдерживая желания: хотелось обнять его, признаться во всем, извиниться, объясниться, принять решение обо всем совместно. Хотелось спасти его и остаться с ним.
Мы всего лишь чьи-то жертвы. Мои родители не заслуживают смерти ребенка. Я не заслуживаю этой жизни.
Сама все испортила.
— Опять? — выдохнул Роми.
Перед нами выросла новая дверь, но уже железная и, как полагается, покрытая ржавчиной и паутиной. Замка на ней не было, а вот надпись была — выбитая прямо на двери. Только она и небольшой участок вокруг блестели, нетронутые временем.
Ив подошла к двери ближе, подозвала Охарс и медленно прочла:
— Отчаявшийся, очисти мысли. Огонь потухнет, свет погаснет, духи оставят тебя — и ты умрешь в бессмертии.
Я шумно вздохнула и прокомментировала:
— А тот, кто эти записки писал, умеет воодушевлять. Наверное, с этой задачей мудрецы дали полную свободу Эриэлю.
Кейел вытащил кинжал и потянулся к громоздкому кольцу, прикованному вместо ручки.
— Надо открывать осторожно, — напомнил Роми, вытаскивая ядовитый дротик и поспешно разворачивая тряпку, в которой бережно хранил его.
Я призвала Айссию, готовясь поддержать Кейела в любую секунду, и затаив дыхание следила за ним. Он прикоснулся к двери и замер — ничего не произошло. Подковырнув заржавевшее кольцо острием, с пронзительным скрипом отогнул его и потянул на себя — дверь заскрипела тягуче, низко, подалась туго; с петель посыпалась ржавчина. Роми молча приблизился к Кейелу и помог открыть ее. Из помещения струился тусклый, холодный свет, словно за высоким, каменным порогом стояла лунная ночь. Дохнуло холодом и чем-то мерзким, но сильное отвращение вызвал не незнакомый горьковатый запах, а пугающе неестественная атмосфера внутри. А добила все знакомая потеря сил, будто мы ступали на мертвую землю.
— Ведьмовской камень? — предположила я, замечая, как мгновенно исчезают Охарс, едва касаясь невидимой границы.
