— Он, — полушепотом ответила Ив, переступая порог вслед за мной.
Камень в таком свете походил на бугристую сталь, делая комнату еще холоднее и словно стерильнее. Если бы только из стен не выпирали искривленные ветки неизвестного минерала, я бы подумала, что оказалась в большом холодильнике. Видимо, тут он светился постоянно, но белый свет был настолько приглушенным, что казался серым.
Не останавливаясь, я оглянулась на Елрех и получила скверные подтверждения догадкам. Все это время она зачем-то несла злосчастный факел, но стоило ей только переступить с ним порог, как пламя погасло, будто на него надели невидимый колпак.
На макушке шевельнулись волосы, и я вздрогнула, едва не вскрикивая. Отпрянула в сторону, вскинула голову и, приложив ладонь к груди, медленно выдохнула.
Всего лишь тонкий отросток минерала…
Сердце колотилось, а во рту пересохло. Жуткая комната. Или зал? Мы находились на освещенной территории широкой комнаты, вторая половина которой была поглощена непроглядной темнотой. Почему-то она казалась живой — протяни руку, и она крепко схватится за нее, а затем утащит всю тебя.
— Наллеран, — проговорил Роми. — Без сомнений, это она.
Я посмотрела в его сторону. Они с Кейелом стояли у каменной плиты, с огромным полотном текста и какими-то схемами.
— Что это? — спросила я, осмелившись говорить громче.
— Игра, — ответила Ив.
— Я слышала о ней лишь раз, — проговорила Елрех и поморщилась, пристальней разглядывая бесполезный факел. — Бабуля рассказывала скучную легенду о васовергах, и там говорилось, что наллеран изобрели рабы. Хотели хоть как-то скрасить свободное время взаперти, а заодно выучить драконий язык.
— Почему именно его? — полюбопытствовала я, просматривая пол перед густой темнотой. — Могли бы выучить сразу общий.
— В то время он и был общим, — ответила Ив, читая текст на плите, — потом все поменялось. А игра была настолько скучной, что ее не стали развивать. Сейчас о ней только помнят, и то далеко не все.
На ровном полу тянулось длинное углубление, словно стартовая линия. Сразу за ним начинались квадратные плитки, размером полметра на полметра. Я прошлась вдоль, отмечая, что только на пяти плитках, разделенных между собой равным промежутком, есть узоры. Казалось, напротив, всего лишь в метре от них, в темноте что-то зловеще поблескивало. И чем дольше я всматривалась в темноту, тем стремительней усиливалось это чувство. Холодок пробежался вдоль позвоночника, и я на негнущихся ногах отступила. Интуиция вопила об опасности, а исходящий холод от мрака пробирал до костей.
Я же Вестница. Даже на морозе мне достаточно было разуться, чтобы холод превращался в прохладу, а тут… Тут холод другой природы — ни живой, ни мертвый.
— Нам придется сыграть в нее. И судя по тому, что тут написано, нам нельзя ошибаться, — мрачно озвучил приговор Кейел, поглаживая ладонью древние тексты.
— Одна ошибка приведет к смерти, — голос Ив снова дрожал.
— К смерти всех пятерых. — Роми скривился, снова хватаясь за рога.
— Я не знаю драконьего языка, — со страхом призналась Елрех.
Жилка на шее забилась так сильно и часто, что началась одышка. Я поморгала много раз, сжала кулаки, растирая выступивший пот на ладонях. Затем повернулась к плитам и уделила внимание им. В глаза сразу бросились верхние, самые крупные символы, нанесенные на отдельные секторы: на первом — была луна, на втором — солнце. Третий сектор был пустым. Покачав головой, я облизала губы и сипло произнесла:
— Ребята, может быть, вы удивитесь, но я не знаю ни драконьего языка, ни этой игры.
И который час мы сидели на холодном полу, образуя тесный круг и обсуждая простейшие, по убеждению Ив, правила наллеран. Японский кроссворд, морской бой и минер — вот, что приходило на ум, когда я начала вникать в них. Игра была похожа на каждую из этих игр и одновременно — ни на одну из них. Само поле состояло из клеток, которое схематично набросала Ив на последних чистых листках. По моей просьбе, для наглядности и простоты она изобразила его с десятью клетками по вертикали и столькими же по горизонтали. В тусклом свете темные линии чернил просматривались плохо, и их приходилось утолщать, но мы не спешили. Каждый понимал, что в таком деле спешка ни к чему хорошему не приведет. Необходимо спокойствие, внимание и…
«Отчаявшийся, очисти мысли»…
…чистая голова.
— Скорее всего, клеткам будут присвоены цифры. — Ив сначала глянула на Елрех, а потом на меня. Свела брови вместе и неутешительно добавила: — Или символы какого-нибудь другого языка. Не бойтесь, мы разберемся.
Если будут цифры, то мы будем искать рисунок… Ив сказала, что знает, стандартную нумерацию основных цветов; она издавна не менялась. Наверное, это будет проще, чем разгадывать какую-нибудь фразу.
