До двери апартаментов отведенных Картеру они дошли молча. Эти гостевые покои состояли из двух больших комнат, ванной и уборной. Двухметровые окна спальни выходили на Восток, и сейчас все помещение было залито солнечным светом. Вместе со звуком трещавших в камине дров и мягкой мебелью бежевой расцветки — все это создавало особенную уютную атмосферу. Вестэль с любопытством осмотрел апартаменты. Как и ожидалось, здесь царил полный порядок. Еще в первый час приезда все аккуратно было разложено по своим местам. Кроме двух вещей.
— Я недавно перечитывал их. Сейчас принесу, — сказал Джон и отправился во вторую комнату.
Время шло, а однокурсник все не выходил. Вестэль, которому надоело стоять посреди комнаты, сел на ближайший стул.
— Подожди, я сейчас! Приведу их только в порядок, — раздался голос из-за двери.
От нечего делать Вельф-младший стал рассматривать вещи на письменном столе, пытаясь угадать, кому они принадлежат. Тяжелое пресс-папье в виде добермана без сомнения всегда стояло в этом особняке. Как и позолоченная чернильница. Обычные писчие перья со стальными наконечниками ничем не выдавали сущность своего хозяина. Их могли принести слуги по требованию гостя, или же Джон привез их с собой. А вот тонкий конверт, какие отправляют только с птицами, явно смотрелся на этом столе инородно. Вестэль взял его в руки и перевернул. На обороте конверта нашлась уже сломанная, но все еще вполне опознаваемая сургучная печать, изображающая взлетающего ястреба. Весьма известный герб.
— Вот это все, — сказал Джон, входя в комнату спиной, так как руки его были заняты объемными тетрадями.
Вестэль, сам не зная почему, торопливо спрятал конверт в карман фрака.
— Помимо судмедэкспертизы, тут еще записи по психологии преступления и дедуктивному методу. Надеюсь, это тебе пригодится, — с улыбкой сказал Картер, передавая другу тетради.
— Спасибо, верну, как поймаю преступника. Встретимся за завтраком, — торопливо попрощался Вельф-младший.
Стоило ему выйти за дверь, как ноги сами понесли его в сторону собственной спальни. Он едва не перешел на бег. Чужое письмо в кармане жгло бедро сквозь все слои одежды. С одной стороны Вестэль ощущал себя так, словно это он только что совершил преступление. С другой стороны его чувства кричали ему, что в этом письме содержится какая-то страшная тайна, которую он обязан разгадать. Любопытство и тревога взяли верх над душой юноши.
Как только он вошел в свою комнату, руки отбросили конспекты на идеально застеленную кровать и потянулись за письмом. Пальцы Вестэля дрожали, когда вытаскивали записку из конверта с печатью баронов Сеймуров. Наконец письмо было развернуто. Глаза юноши долго не могли понять смысл начертанных изумрудными чернилами слов, до тех пор, пока они не зацепились за собственное имя, отраженное на листе бумаги. Буквы сразу же сложились в предложения, и смысл их стал понятен.
«Дорогой Джонатан!
В Нордландии сегодня пасмурно. Впрочем, как и всю неделю до этого дня. Моя жена говорит, что такая погода стоит здесь потому, что боги гневаются на меня. Но я ей не верю, так как с рождения и до самой смерти сохраняю свою веру только в нашего Императора, великого и самодовольного, и только в него. Другие идолы мне непонятны.
Вчера видел твоего отца. Ты знал, что у него появился тот забавный чай, который у нас называют «Рик-трик»? Он горчит, если не добавить в него молока, и становится кислым, стоит забыть положить в заварник сливочного масла. Моя жена и старший сын от него плюются, но младший пьет с удовольствием. Артмаэль перенял мою тягу ко всему новому. Теперь на досуге я подумываю, как сделать его моим наследником в обход майората. И пусть все старые пни Истангии лопнут после моей смерти от злости!
Твой отец и вся семья в целом скучают по тебе. Впрочем, как и я. Ты так давно не писал, что я сам осмелился отправить тебе письмо. Как твое самочувствие? Достаточно ли хороши твои оценки? Ты ведь не поломал все зубы, грызя гранит науки? Даже если это так, не переживай. По крайней мере, у тебя еще останутся пальцы и голова на плечах.
Я слышал, на рождественские каникулы тебя пригласил в свой особняк Его Светлость, наш радушнейший герцог Вельф? Его особняк просто роскошен, не правда ли? Однако, когда его только построил мой прапрапрадед, он выглядел более изысканным. Наши геральдхофские друзья совсем его запустили. Стоит как-нибудь напомнить им, что не должно так плохо обращаться с чужим имуществом, даже если Император решил подарить его тебе. Ты ведь сделаешь это за меня, мой дорогой Джонатан? И не забудь передать мои наилучшие пожелания Его Светлости и Его Сиятельству. Мы скоро встретимся.
С самыми дружескими чувствами Эдвард Сеймур».
