Глаза Вестэля распахнулись от громкого хлопка. Его камердинер вновь не потрудился подойти к кровати, чтобы разбудить юного господина. На нарочно резко закрытой крышке чемодана поблескивал золотом девиз рода Вельф: «Смиряя дух, обретай справедливость!»
*Стиплчейз — зрелищные скачки с препятствиями, проводимые для 4-летних лошадей на дистанциях от 4000 до 7000 м. Препятствиями могут быть и канавы с водой, и изгороди из веток ели, и более сложные конструкции, преодолеть которые сможет не каждая лошадь. Наиболее сложные называются «стул» и «водяной прыжок». Первый представляет собой почти 2-метровый в ширину сухой ров, а сразу после него — 2-метровый барьер. «Водяной прыжок» — это наполненный водой ров, ширина которого 2,5 м, расположенный позади изгороди [http://favoritnr1.com/107-stipl-cheyz-skachki-s-prepyatstviyami.html].
В особняк, пожалованный Вельфам Его Императорским Величеством Эдвардом II, ехали в трех экипажах. Во главе этого импровизированного городского каравана находился сам Вельф-младший, его бессменный камердинер, Артур Клиффорд и Генри Морган. Вторую карету заняли Арманд Блэквотер, Элвис Фицрой и Джонатан Картер. В арьергарде ехала простенькая двуколка с камердинерами Фицроя и Блэквотера. Личный слуга Моргана сидел на козлах.
Джонатан, придерживая левой рукой занавеску, смотрел сквозь маленькое окошко экипажа на залитые солнцем улицы столицы. Мимо проносились подсвеченные дорогими магическими светильниками магазинчики, городские усадьбы аристократов, аккуратные домики мещан и разномастные фонтаны, от которых доносилась приятная для слуха музыка. В основном одно- и двухэтажные здания в светлых тонах были всегда чистыми благодаря истраченной на них магии. Столица, по разумению именитых аристократов, правящих Империей Запада, должна всегда выглядеть презентабельно. Поэтому при солнечном или лунном свете город всегда сиял. И лишь очень маленькая горстка людей знала, сколько сил, времени и денег тратится на это сияние.
Также одной из главных достопримечательностей Скайдона являлись мосты. Несмотря на то, что самый большой водоем Империи Запада, Карское море, был расположен гораздо южнее столицы, одна треть города стояла на воде. Знаменитые Ирсорские озера окружали столицу с Востока и отгораживали ее от могущественнейшего врага, какого не бывало еще со времен ричардовых завоеваний. Транспортная сеть в этой части города пролегала как по воде, так и по суше. Гондольеры с раскатистым ботилианским акцентом предлагали прохожим молниеносно доставить их до места назначения за умеренную плату. Сухопутная же дорога пролегала по запутанной сети разнообразнейших мостов. Мосты эти бывали и вовсе не похожи друг на друга: встречались как легкие и ажурные архитектурные сооружения, украшенные художественной ковкой, так и массивные деревянные конструкции, покрытые темным лаком.
Еще полгода назад Джонатан Картер застыл бы в восхищении от подобных архитектурных изысков, которые невозможно встретить на его родине в Нордландии, однако за то время, что он учился в Императорском Истангийском Университете, эти виды уже успели ему осточертеть. Выполняя приказ сверху, он обошел все улочки за месяц, а благодаря постоянным скитаниям той компании, в которую юноша угодил совершенно случайно, стал знать все закутки столицы, как свои пять пальцев. И Скайдон Картер видел со всех сторон, в том числе и не самых лицеприятных. Он бы и сегодня не выглядывал в окошко кареты, не будь у него четкой и безотлагательной цели. Среди людных улиц города, утопающих в вечернем сумраке, Джонатан искал ту, на которой был расположен аккуратный чайный магазин, на окнах которого висели ярко-зеленые, либо темно-синие занавески. Эти занавески являлись сигналом, сообщающим будущему следователю о том, что долг зовет и ему пора строчить очередную депешу на малую родину.
Джонатан Картер отличался от своих друзей вовсе не тем, что был не так красив или не так умен, как они. Его внешние данные всегда были на высоте. Высокий, мускулистый, белокожий, с темно-рыжим оттенком волос, свойственным уроженцам Нордландии, этот юноша привлекал внимание многих горожанок, среди которых даже присутствовали замужние аристократки, охочие до разного рода романтических приключений. А в критических ситуациях, в которые порой попадала их компания, он оставался единственным голосом разума взамен молчавшего в такие моменты Ольфсгайнера. И хоть говорил он редко, в его уме сомневаться не приходилось. К тому же он был на три года старше своих товарищей, что проявлялось в его сформированном уравновешенном характере. Однако из-за того, что Джонатан всегда участвовал в авантюрах вместе с друзьями, этой возрастной разницы практически не чувствовалось. Главным же отличием молодого мистера Картера от остальных великовозрастных разгильдяев была его принадлежность к купеческому сословию.
