Все в доме носило характер замкнутости, все в нем старались скрыть от посторонних. По нравственным понятиям того времени, породившим поговорку: «Свой сор из избы не выносят», хорошим хозяином был тот, кто старался, чтобы никто не видел и не слышал, что у него делается во дворе. Сам он тоже не должен был интересоваться, что творится на соседском подворье. Поэтому высокие непроницаемые ворота были заперты круглые сутки. Тот, кто наведывался к хозяину по делам, должен был произнести: «Господи, Иисусе Христе, помилуй нас», и дожидаться в ответ: «Аминь».
Все в доме хранилось под замками. Многое было известно только хозяину. Так, например, он один знал, где находится семейный бюджет, который либо
Традиционная неделимость семей иногда соединяла вместе несколько боковых родственных линий вокруг одного старейшины. Это были дети, братья, племянники и даже дальние родственники хозяина. После его смерти члены рода либо договаривались и продолжали жить вместе, либо старший из дядьев делил имущество на доли. Тот, кто желал, мог отселиться, поставив свой двор. Совместная жизнь кровных родственников. таила в себе не только положительное, но и отрицательное: члены большой семьи нередко враждовали между собой.
Двор зажиточного знатного хозяина часто имел свою домашнюю церковь, поэтому вместе с членами рода в доме жил священник. Если у него была семья, то он жил в отдельных покоях и получал месячное жалованье в виде пропитания и бытовых благ.
Некоторые из многочисленных слуг приобретали особое доверие и благосклонность хозяина. Наиболее сообразительным, обладавшим положительными деловыми качествами холопов хозяин доверял не только производить торговые сделки, но и отправлял руководить собственными вотчинами в качестве экономов.
Если муж доверял жене, то прислугой женского пола управляла она. Если такого доверия между супругами не было, что случалось довольно часто, то ими руководила жена ключника.
У хозяйки дома была доверенная женщина, которая называлась постельницей. Особым почетом пользовались кормилицы и няньки детей. Одни из служанок — обычно незамужние девушки — занимались исключительно вышиванием вместе с женой хозяина и другими женщинами хозяйского рода, другие — обычно замужние — выполняли всю черновую работу по дому: топили печи, стирали, пекли хлеб, занимались заготовкой припасов.
Те из ремесленников, кто был женат, жили в отдельных избах. Такие избы занимала не одна холопская семья, а несколько сразу. Они получали от хозяину месячину. Холостые парни и незамужние девушки жили при кухнях, прачечных, конюшнях, в сараях, людских избах. Девушки, которые занимались вышиванием, спали в сенях, почему и назывались «сенными девками». Развлечением в однообразной хозяйской жизни являлись свадьбы, устраиваемые для холопов, которых соединяли браком без их желания и воли.
Полагаю, у читателя не сложилось впечатление, будто прислуга в хозяйском доме жила на всем готовеньком и была, «как у Христа за пазухой». Хотя содержать прислугу хорошо считалось делом богоугодным («Содержите рабов своих, как братьев, и рабынь, как сестер, потому что и они семя адамово», — говорилось в одном из старых русских нравоучений), нередко все происходило с точностью наоборот. Ключники и дворецкие, выбранные хозяином из числа тех же холопов, старались половину из назначенного содержания положить себе в карман. Поэтому в большинстве боярских домов многочисленную дворню кормили то кислым, то недопеченным хлебом и тухлой рыбой. Мяса они либо вообще никогда не видели, либо получали его очень редко, да и то подпорченное.
Оборванные и голодные, доведенные до отчаяния и ничем не занятые, они нередко шатались по городу, братались с нищими, просили милостыню, а по ночам нападали на прохожих с топорами, ножами и кистенями, устраивали пожары, чтобы во время всеобщей суматохи поживиться чужим имуществом.
Хозяева смотрели на это сквозь пальцы. Они относились к прислуге деспотично и охотнее следовали не приведенному выше нравоучению, а другому, в котором говорилось: «Если раб или рабыня тебя не слушает и твоей воли не исполняет, то плетей для них не жалей».
Частыми случаями были изнасилования работниц хозяином или кем-то из членов его семьи. Не обращая внимания на чин и возраст, они насиловали замужних и растлевали даже девочек. И никто из слуг не имел понятия о том, что может быть иначе. В редких случаях дело доходило до неповиновения и откровенного бунта.
