— Вам, лэрн, — с подчёркнутой холодностью сказал Тремс, — никогда не понять, что значит для металирана продавать свои идеи без возможности воплотить их в жизнь. Или, что ещё ужасней, продать себя в рабство какому-либо дому металиранов, гнить на заводе и за свои изобретения не получить ни признания, ни даже упоминания в разработке, а всего лишь фиксированную зарплату раз в месяц.
Конечно же Тристану, отпрыску главной семьи одного из богатейших домов Торении, не было ничего известно об условиях труда для металиранов и их зарплатах, поэтому он просто решил сменить тему и ответил насмешливо:
— Странно слышать подобное от человека, который совсем недавно был представлен мне как младший помощник Миноса Аско-льда. Ведь, судя по вашей логике, он является ещё тем работорговцем.
Тремс ответил холодно, явно не желая говорить на эту тему:
— Скажем так, сей работорговец оказался не очень способным металираном, поэтому я его скоропостижно покинул. Но мы отошли от темы нашей сегодняшней встречи.
Тристана удивил и в то же время восхитил его ответ. Назвать главу дома Баргарон и потомка Дориана Аско-льда «не очень способным металираном»?!.. Да что этот заносчивый мальчишка только о себе думает! Но Тристан ему… верил! Его изобретение было гениально и вновь могло поставить Николаса на ноги. От того лэрну ещё больше хотелось узнать, кто именно скрывается под маской Анигера Тремса. И главное: зачем он это делает?
— Да, выставка, — Тристан сделал вид, что напомнил, — в которой, как я понял, вы хотите принять участие с помощью протекции дома Виниарск?
— Нет же! — Тремс даже голос повысил, но продолжил спокойно: — Напротив, ваше имя, лэрн, не должно нигде фигурировать. Мы собираемся попасть на выставку своими силами и заявить о себе самостоятельно, без громкого имени за спиной.
— Вы, оказывается, амбициозный мужчина, Тремс, — усмехнулся Тристан.
— Так нужно, — дал он короткий ответ.
В дверь постучали. Тристан совсем позабыл, что просил стакан горячего молока.
— Входи! — повысил он голос.
— Она не войдёт в комнату, — сказал Тремс и поднялся, а после подошёл к двери.
— Ваше горячее молоко с мёдом, — бодро доложила девушка.
— Спасибо, Белль, — Тремс забрал у девушки из руки кружку, которая сверху была закупоренной деревянной крышкой. — Подожди.
Поставив кружку на стол, мужчина быстро сходил к своему пальто и вернулся.
— Держи за старания, — Тремс вложил девушки в руку пару монет.
— Благодарю! — звонко поблагодарила она.
Когда Анигер Тремс вернулся к столу, Тристан уже успел ополовинить кружку. И хотя мужчина уже согрелся в натопленной комнате, но жирненькое сладкое молоко оказалось очень вкусным и идеальной температуры.
— Я и не знал, что днём бордель тоже работает, — признался Тристан, почувствовав себя гораздо лучше и добрее после вкусного угощения, — и сюда приходят металираны заключать сделки.
— Отнюдь, — возразил Тремс. — Бордель днём работает не для металиранов. Хотя, возможно, кто-то из дневных посетителей и является им.
— А для кого же? — небрежно спросил Тристана с затаённым любопытством, чувствуя, что разгадкой сиреневой комнаты является ответ на этот вопрос. Но Тремс вместо ответа указал на картину над камином и спросил:
— Вы знаете, что это за цветок, лэрн?
— Сирень, — взглянув на картину, с непониманием ответил Тристан.
— Распустившаяся сирень, — поправил Тремс и задал ещё один вопрос: — Знаете ли, лэрн, что значит на языке цветов распустившаяся сирень?
— Понятия не имею, — ответил мужчина таким тоном, словно впервые узнал, что у цветов имеется собственный язык. Тристан, конечно же, слышал об этом, но никогда не придавал значение. Дарил стандартные розы, да и то лишь членам семьи. Его любовницы предпочитали более весомые подарки.
— Узнайте и, возможно, поймёте, для кого эта комната тут находится, — ответил Тремс и поспешно добавил: — Это место самое безопасное в городе, на моё взгляд. Нам с вами лишний раз не стоит пересекаться на публике, а имена дневных посетителей здесь не сможет раздобыть даже ваш дотошный секретарь. Ни на рынке сплетен, ни тем более у Пионы.
Чем больше Тремс говорил, тем отчётливее Тристан понимал, что за этой комнатой прячется очень большая тайна. И имена слишком важных персон.
— И об этой комнате мне тоже лучше не трепаться? — с усмешкой протянул лэрн и вновь осмотрелся, на этот раз намного внимательнее.
Обстановка тут точно была не для деловых встреч. Одна здоровенная кровать чего стоила! Да и цвета слишком интимные. Нет, сюда приходили за определёнными услугами, что, в принципе, и можно получить в борделе.
Тремс подался вперёд и, Тристан чувствовал, что смотрел ему прямо в глаза.
— А тебе это так нужно, Тристан?
— Мы с вами уже на «ты», Тремс? — заломил удивлённо бровь лэрн.
— Я предпочитаю общаться с людьми, с которыми работаю, на «ты», — спокойно ответил этот заносчивый мальчишка. — И они все, безусловно, надёжные люди, которым я могу доверять. И отвечая на ваш вопрос: да, пожалуйста, не говорите никому об этой комнате.
