— Что за вздор! — гневно прервал его Тремс, даже кулаки сжал от избытка чувств. Подняв правую руку, мужчина оттопырил указательный палец и с раздражением заговорил: — Во-первых, с Августиной мы никогда не были и не будем в подобных отношениях! Она мне как дочь, а я ей отец. — К указательному пальцу присоединился средний. — Во-вторых, сегодня в «Саду цветов» у меня запланировано одно дело. В-третьих… — Мужчина опустил руку и вздохнул. — В-третьих, Августина не та женщина, с которой легко можно завести отношения. Она очень трудный человек…
«Вдобавок, она странная и неуправляемая, — мысленно добавил Август. — Так почему же она мне интересна?!»
— …поэтому мне бы не хотелось потерять из-за неё друга.
Слова о друге растрогали лэрна. Протянув руку, он с улыбкой ответил:
— Приму за честь быть вашим другом, Анигер!
Тремс ответил на рукопожатие.
— Я тоже, Август!
«Сад Цветов» располагался на самом юге города. Это было большое трёхэтажное поместье светло-розового цвета с красивыми окнами, золотистые ставни которого были украшены искусной резьбой. Здание окружали высокий забор и аккуратная живая изгородь. Внутренняя обстановка дома была выдержана в зелёном, бронзовом и золотом. Обивка мебели пестрела цветочной вышивкой и растительными орнаментами, в комнатах стояли вазоны с живыми цветами и декоративными деревьями.
В народе бордель носил глумливое название «палисадник». Каждая работающая там девушка именовала себя «цветком» и надевала костюм под стать выбранному имени. Например, Роза носила красный корсет, расшитый махровыми розами, и подводила губы так, что они казались двумя нежными лепестками. Лилия украшала тяжёлые бронзово-рыжие локоны цветами лилий и носила короткое платье, пола которого была разрезана сбоку так, чтобы половинки загибались вверх, как лепестки цветка. Хризантема носила на шее ленту с жёлтой хризантемой и туфли того же цвета. У Гиацинты была сложная прическа, украшенная заколками-цветами.
Внутри было душновато из-за большого количества людей, алкогольных паров и дыма сигар. Светильники на стенах и потолках горели несильно, но не создавали интимный полумрак. Первому этажу отводилась роль ресторана: тут стояли столы, удобные мягкие диваны и кресла, девушки надевали ажурные фартуки и чепчики, а на пианино молодой мужчина наигрывал спокойную незамысловатую мелодию, создавая не напрягающий задний фон. Второй этаж назывался игральным и разделялся на комнаты, каждая из которых была особенной. Здесь устраивались представления и развратные игры. На третьем этаже располагались комнаты девушек, куда они приводили клиентов.
На входе гостей встречала Пиона — хозяйка этого заведения. Ей было уже за семьдесят, но годы бросили на неё свою тень только в виде еле заметных морщинок у глаз, слегка обвисших мочек ушей и потерявшей упругость коже рук. Если и были другие следы увядания, то женщина их мастерски скрывала неброским светлым макияжем, который делал её лицо свежее и белее, а зелёные глаза больше и выразительнее. Одета она была в тугой корсет из китового уса времён дореволюционной моды, длинную чёрную юбку с разрезом от правого бедра, открывающую вид на чёрные чулки и красные подтяжки. Завершал образ извечный пиджак с рукавом три четверти и стоячим воротником, расшитый красными пионами. Свои длинные тёмно-бордовые волосы она укладывала в высокую прическу, выпуская одну только кокетливо завитую прядь.
Пиона была красива благодаря правильным чертам лица, пухлым губам и огромным зелёным глазам. О такой красоте говорят: «И короля на колени ставит!». Что вполне могло случиться в жизни этой женщины с учётом пикантных слухов о её связи с Франтом Третьем. Впрочем, этим слухам было уже много лет и сейчас монарха могли привлечь разве что удобное кресло с мягкой подушкой и свежая газета. Поговаривали, он ждал нового года, чтобы наконец-то вручить трон кронпринцу и отправиться на заслуженный покой.
— Добро пожаловать в «Сад цветов»! — поприветствовала Пиона гостей с широкой улыбкой. У неё был красивый, сладкий, тягучий, словно мёд, голос.
Август невольно представил, какие сладкие стоны мог бы издавать этот голос, и тут же себя отдернул.
— Добрый день, — хрипло произнёс лэрн и откашлялся.
— Новое лицо в моём заведении, — кокетливо протянула женщина и взяла Августа под руку. — Представьтесь, мой дорогой.
— Лэрн Август Ленор-аст, — уже нормальным голосом сказал мужчина и посмотрел на друга. — В компании с Анигером Тремсом.
— С ним я знакома. Даже очень близко, — женщина улыбнулась и с нежностью провела по плечу и руке Анигера. — Так ведь, мой дорогой?
Август в шоке покосился на друга. Пиона, несомненно, была всё ещё привлекательной женщиной с невообразимо красивым голосом, но она годилась Тремсу не то что в матери — в бабушки!
Анигер схватил руку Пионы и поцеловал тыльную сторону ладони.
— Вы, как всегда, прекрасны, Пиона!
— А вы сегодня пришли без той вздорной девчонки, мой дорогой?
— Только не говорите, что всё ещё лелеете надежду переманить её к себе?
— Конечно же, нет! — сказала Пиона таким тоном, что легко было понять, что она лжёт.
