— Лия, приди в себя. Когда вы с ним встретились и поженились, мне было всего семнадцать.
— Не всего семнадцать, а почти восемнадцать. Даже мать Фарли заметила, что мне не повезло с сестрой. Мне пришлось защищать тебя, хотя она была права, и я это понимала.
Роксана точно знала, кому на самом деле не повезло с сестрой, но промолчала.
Господи, еще вчера все было так хорошо, они с Софи радовались жизни. И вот, пожалуйста. Кто бы мог подумать, что Лия доберется до Лондона. Ведь она крайне редко приезжала в Аллегра-Холл, хотя жила совсем близко, всего в пяти милях. Интересно, когда она намерена отправиться восвояси?
— Позволь узнать, каковы твои планы. Надолго ли ты приехала?
— А что? Тебе не нравится мой визит? «Нет, не нравится».
— Я приехала по просьбе отца. Он волнуется за вас и очень рассчитывает на мое благотворное влияние.
«Ничего подобного. Отец прекрасно знает тебе цену».
— Или мне не рады в собственном доме? «Нет, не рады».
Однако вслух всего этого не скажешь.
— Нет, отчего же. Надеюсь, ты найдешь себе подходящее занятие и не будешь скучать.
— Если вас приглашают на светские мероприятия должного уровня, я готова составить вам компанию. Может быть, сегодня кто-нибудь дает бал?
— Сегодня музыкальный вечер у Колкоттов, — ответила Софи. — Будут два миланских тенора. Говорят, они близнецы, и у обоих восхитительные голоса.
— Хорошо, я согласна.
— Но у вас нет приглашения.
Лия нахмурилась.
— Мои опасения подтверждаются. Очевидно, вы не пользуетесь достаточным влиянием, и ваши рекомендации не принимают в расчет. Боюсь, в таком случае мне придется обратиться к кому-то другому.
«Обратись, конечно, обратись. Чем скорее, тем лучше».
Когда Лия выходила замуж за Фарли, Роксана от души надеялась, что она успокоится и прекратит изводить своих родственников, особенно младшую сестру. Тогда надежды не оправдались, но теперь Лия снова влюблена. Быть может, на сей раз получится? Быть может, этот неизвестный «безупречный джентльмен» согласится взять ее в жены. Быть может, он окажется домоседом, и у них родится дюжина ребятишек. Быть может, он сумеет изменить ее в лучшую сторону… Впрочем, пока он не слишком преуспел на этом поприще.
— Послушай, Лия, я не кокетничала с Фарли и не собираюсь кокетничать с твоим нынешним поклонником. Скажи хотя бы, как его зовут.
Лия неторопливо доела тост с вареньем, немного поразмыслила и покачала головой.
— Нет, не сейчас. Он говорил, что хранит мое имя в сердце и ждет от меня того же. Не стоит торопиться выставлять чувства напоказ, всему свое время. — Она жеманно потупилась.
— Боже, час от часу не легче. К чему такая таинственность? Этот человек чего-то боится, или Рэдклифы для него недостаточно хороши?
Софи лучезарно улыбнулась:
— В конце концов, какая разница? Лия, добро пожаловать в Лондон! Я уверена, что нам не придется скучать.
Лия посмотрела на племянницу. Эта девушка на девять лет моложе. На целых девять лет. Дочь Бетан. Юная, светлая, жизнерадостная. У Бетан была такая же улыбка — мягкая и чарующая.
— Ты гораздо выше Бетан.
— Да, вы правы. И знаете, маме это совсем не нравилось.
— Разумеется. Как ей могло нравиться, что ее дочь похожа на жердь.
— Нет, вы меня не поняли. Она признавалась, что завидует моему великолепному росту. А вот мой отец непременно согласился бы с вами. Он считает меня слишком высокой. Однако всякий раз, когда он называл меня жердью, мама смеялась и говорила, что я самая красивая жердь во всем графстве.
Софи радостно улыбнулась и, вооружившись ложкой, принялась за дивную овсянку миссис Эдцридж.
Браво! Софи выиграла, пользуясь оригинальным приемом. Она как будто бы соглашалась с Лией, но тут же выворачивала ее слова наизнанку и обращала их себе на пользу. Роксана решила освоить эту тактику. Если получится.
Вдовствующая герцогиня Брабант приехала на Лемингтон-стрит и обнаружила, что тамошнего полку прибыло. Ей представили еще одну сестру ее любимой подруги.
Бетан никогда не говорила о своих родных ничего дурного, но к средней сестре относилась весьма прохладно и считала ее недопустимо вздорной. Теперь у Коринны появилась возможность составить собственное мнение, и первое впечатление оказалось неутешительным. Красивое, даже очень красивое лицо Лии Косгроув портили поджатые губы с брюзгливо опущенными углами — верный признак желчного нрава. Она недовольна жизнью? Почему? Хороша собой, вдова, не нуждается в средствах, ни от кого не зависит — это ли не счастье? Уж Коринна-то знала, ведь она сама овдовела в двадцать лет. А вышла замуж в восемнадцать. С какими чувствами? Трудно сказать, но, во всяком случае, без отвращения. В самом деле, принимая предложение герцога Брабанта, она ничего не теряла, а ее отец многое приобретал. Очень многое, хотя точную сумму ей никто не называл.
Коринна приветливо улыбнулась и настроилась на благодушный лад. В конце концов, леди Меррик — тетя Софи и родная сестра Роксаны.
