Не хотелось говорить, что ходила следом за призраками, и Матрёна ей собственноручно показала это место.
Частыми остановками они давали Савелию понять: несмотря на лёгкость движения, они всё же не настолько хороши в беге, а значит — он ещё может поднатужиться и догнать их. А потом, когда бежали мимо монастырской ограды, начали ещё и не просто стоять, а показывать, что устали и что и им надо бы отдышаться. Не просто стояли — а сутулились, уперевшись руками в колени, а вокруг них кругами же ходили коты Дениса. Таким образом подпустили вопящего матом Савелия ближе, давая ему надежду вскоре поймать «преступников». Алкаш, наверное, увлёкся погоней, хоть и заметно задыхался от непривычного движения и не замечал, куда именно ведут его беглецы.
— А что будет там, в лесопарке? — спросил Денис в одну из передышек.
— Матрёна подскажет, — уверенно ответила Нина, хотя уверенности она не чувствовала. Среди призраков, которые их сопровождали, призрака Матрёны точно не было, как Нина ни всматривалась.
— А как она вообще…
Денис запнулся на полуслове, но Нина его поняла.
— Я написала-таки ей записку. Кажется, она распорядилась нами по-своему.
А спустя несколько минут она не выдержала сама — когда перебежали дорогу между монастырской оградой и лесопарком. Оглянулась, чтобы удостовериться, что призраки больше не летят в ту же сторону, что бегут и они.
— Денис, ты когда-нибудь видел, чтобы коты… я даже не знаю, как это выразить! Но именно они меня ждали, когда ты бросался грязью в окно!
— Вы хотите сказать, что тётя Матрёна их использовала?..
Мальчишка с изумлением покачал головой, глядя на своих котов, а потом ссутулился: с деревьев капало не реже, чем лил сам дождь. И несчастных животных страшно хотелось взять на руки и сунуть под куртку — такими жалкими они сейчас выглядели!..
У первых деревьев опушки, глухо тёмной, они снова замедлили шаг, оглядываясь уже с тревогой: а вдруг Савелий что-нибудь сообразит о том, что впереди опасность для него, и прекратит преследование?
Но тот пыхтел, с трудом передвигал ногами, но упорно рвался поймать их.
Нина, раз взглянув на Дениса, вздохнула: тот, скривившись от жалости, смотрел, как его коты бегут посреди кустов и довольно высокой травы, собирая на вымокшую шерсть уже не только воду, но и мелкий сор. Ладно ещё, в темноте под деревьями плохо видно подробности…
Дождя не было на той полянке, где ждала их всех Матрёна.
При виде отчётливого даже в кромешном мраке призрака Денис чуть не споткнулся — Нина опять-таки сумела удержать его. Всё-таки мальчишка впервые видит призрака так полно, не то что Нина, которая уже привыкла к его странному потустороннему виду.
— И? Что дальше? — резко спросила у Матрёны Нина, таща за собой ошеломлённого Дениса и пытаясь встать рядом с призраком, пока остальные призраки рассеивались по краям поляны, опять создавая ровные линии, отделяющие поляну от деревьев.
Призрак властным движением показал им встать ближе к огромной берёзе, чья чёрно-белая кора в ночных сумерках выглядела давящей на зрение.
— Стоим здесь, — скомандовала Нина, сама задыхаясь и с облегчением принимая возможность отдышаться.
— Эй, вы! — заорал Савелий, подбегая к ним. И внезапно врезался в невидимую для него преграду — да так, что грохнулся на колени.
И тут Нина увидела. Он грохнулся не просто так. А на то самое место, виденное ею во сне и наяву, возле которого призрак Матрёны погружался в землю. И грохнулся Савелий на колени. Пока он выл и матерился, пытаясь встать со скользкого дёрна и трав, помогая себе руками, Матрёна медленно облетала его, словно примериваясь к чему-то. А потом подняла руку — и Савелий рухнул с колен набок.
До беглецов донеслось его удивлённое:
— Это что ещё за…
И замолчал.
А Денис вдруг, дрожа, прижался к Нине.
— Тётя Нина, там… там…
Коты сидели у их ног и молча наблюдали, как из-под земли выплывают маленькие тени и начинают медленно кружить вокруг застывшего Савелия…
Неизвестно, что видел Денис. Нина видела только маленькие тени.
И, кажется, эти тени увидел Савелий, потому что его молчание вскоре прервалось, и алкаш захныкал.
— Тётенька-а… Тётенька… не надо-о! Сглупил я тогда-а… Но ведь пьяный бы-ыл! Не надо-о… Тётенька-а…
А призраки, обозначившие замкнутую границу полянки, вдруг зашевелились. Они все медлительно, но в постоянном полёте двигались к центру, постепенно загустевая в приближении к воющему от ужаса Савелию. А потом окружили его так, что скрыли и Матрёну, и её племянника. Словно густой туман, заглушивший все звуки — в том числе и жалобный вой Савелия.
Безотчётно Нина сообразила (или Матрёна каким-то образом подсказала?).
— Денис! Бежим, пока они!..
И ринулись в обратный путь — за котами, которые тоже словно опомнились и принялись мчаться впереди, то ли показывая дорогу из лесопарка, то ли не желая отставать от своих людей, но ведя их за собой.
— Тётя Нина, а что там? Что случилось?!
— Не знаю! — откликнулась она. — Но мне показалось, нам там не надо быть!
— Из-за того что призраки пошли на?..
— Именно!
— А как мы будем дома?!