Наконец наступил «черный день» или канун праздника. Почему он так зловеще именовался среди учеников? Никто толком не знал, но в этот день учителя были особенно строги, словно сожалея о том, что отпускают свои жертвы на целых две недели каникул. Ветерок, гуляющий вблизи замка, казалось, облачился в прекрасный запах сладкой карамели, и воздух стал даже каким-то непривычно-липким, густым, с нотками имбиря, сладкой корицы и ванили. Повсюду валялись красочные обертки, ребята шуршали любовными открытками, и все пространство в округе, просто решительно все было завалено предпраздничной шелухой.
Милли Троуд уже успела похвастаться перед всеми девчонками количеством красных сердечек, скопившихся в ее шкафчике. Некоторые, правда, были убеждены в том, что неряшливая девочка пишет открытки себе сама. Как бы то ни было, она успела надоесть всем, особенно Диане. Милли частенько брала ее за руку, как свою самую закадычную подружку, и начинала на ухо рассказывать ей все новости, которые сумела собрать за день. Этими бесконечными сплетнями Милли раздражала Диану, отчего та частенько сбегала к мальчишкам, предпочитая проводить время в их обществе.
Площадку для праздника готовили недалеко от озера, так как именно его водная гладь должна была в полночь загореться бессметным множеством цветов отражающихся в ней летящих фонариков.
Артур в последнее время был настолько погружен в себя из-за всего произошедшего у Левруды, что как-то совсем позабыл про праздник, и лишь за два дня до наступления события, после нудного напоминания Даниела Фука, мальчик озаботился по-настоящему. Он сразу вспомнил о том, что ему нужно как можно быстрее пригласить Диану, пока этого не сделал кто-нибудь другой. Почему-то юноша был почти убежден в том, что девушка не откажется пойти с ним на бал. Он даже самонадеянно полагал, что если кто и приглашал ее ранее, то язвительная девочка, скорее всего, всем отказала с той очаровательной ловкостью, характерной для нее одной, предпочтя его кандидатуру.
Предстоящее мероприятие, надо сказать, озаботило не только Артура. То, что для девочек казалось лишь развлечением, в действительности сильно волновало мальчиков. Тут было множество хитрых нюансов. Во-первых, именно со стороны представителей сильного пола ждали приглашения. Некоторые раскрепощенные особы, впрочем, иногда сами выбирали себе компаньонов, но это было скорее исключением из правила. Причем приглашения от мальчиков ждали не какого-то обычного, а непременно произведенного по всей форме — то есть с цветами, романтическими изысками, серенадами под окном и прочей чепухой, которая повергала представителей мужского пола в настоящий ужас. Впрочем, выбирать не приходилось, ибо те, у кого напрочь отсутствовала фантазия, имели все шансы опозориться и прийти на бал в гордом одиночестве. Это представлялось недопустимым — ведь тогда все остальные ребята сочтут тебя неудачником или попросту слабаком.
Во-вторых, девушка должна быть непременно хороша собой; все-таки нешуточное дело — вместе запускать фонарик в небо. Вдруг это на всю жизнь? Что потом с выбранной «красоткой» делать? Не стоит недооценивать тот факт, что многие юноши просто стеснялись представительниц женского пола и боялись подойти к ним даже на единометр, что уж говорить о приглашении. Артура мало волновали эти проблемы, единственное, чего он боялся в глубине души — это то, что Диану успел пригласить кто-то другой. Тина в это время занимали похожие думы.
— Как считаешь, стоит мне пригласить нашу училку по борьбе с гномами? — деловито спросил он своего лучшего друга.
— Говорят, ее не раз приглашали… Но ты вполне можешь попытаться. В конце концов, чем ты хуже других? — обнадежил его Артур и, улыбнувшись, добавил: — Впрочем, позови лучше Триумфию. Ей, думаю, будет приятно.
— На бал надо приглашать девочек. А она точно не девочка, — безапелляционно заявил Тин, на секунду представив себе Триумфию в вечернем платье и ее обычных черепашьих очках. Зрелище было настолько комичным, что он, не сдерживаясь, глупо захихикал. — Да она в своем балахоне и шагу не сможет сделать, зуб даю, грохнется на пол! — Теперь уже во весь голос хохотал он. Артур тоже засмеялся, так как ему в голову пришла точно такая же картина.
— А ты? С Дианой пойдешь? — с дружеской иронией поддел друга Тин, зная, что Артур никак не может решиться ее пригласить.
— Я еще не позвал ее, — просто ответил юноша.
В шахматном коридоре ребята как нельзя кстати столкнулись со своими подругами — обе были возбуждены до предела. Триумфия выглядела страннее обычного — взлохмаченная и непривычно неопрятная, она была до самого подбородка укутана в свой черный плащ, из которого торчала только невероятно круглая оправа коричневых очков.
— К празднику готовитесь? — как бы невзначай осведомился Тин и храбро оттопырил чубчик. Хотя его вопрос был риторическим; ему и так было видно, что, например, Триумфии готовиться незачем. Наряд ведь уже был на ней.
