— Нет, позвольте с вами не согласиться. Вокруг много больных людей только потому, что они ко мне не приходят. Они, видите ли, слишком самонадеянные и думают, что сами справятся со своей болезнью. Вот и дохнут как мухи. А я вообще-то уважаемый человек.
— Вот и к добру люди особенно не торопятся, как и к вам, — ответила Левруда. — Но это не значит, что его нет, и оно не стоит того, чтобы в него верить.
Артур помнил, что врач потом очень быстро ушел. Казалось даже, что тому стало стыдно за то, что пожилая женщина, с виду куда менее образованная, с такой легкостью выявила его собственное невежество.
Сейчас, глядя в темно-зеленое бездонное озеро, Артур будто бы вновь увидел Левруду. Такой, какой она была: своевольной, упрямой, жизнелюбивой, не терпящей возражений и до смерти любившей эль. Интересно, что бы она спросила у Артура, если бы сейчас оказалась с ним в этой пещере?
Женщина всегда задавала странные вопросы, совсем нехарактерные для взрослых. Например, когда дети уходят одни на улицу, родители обычно спрашивают: «Ты куда?» (хотя ответ, в целом, лежит на поверхности — на улицу). Левруда же спрашивала: «Ты не забыл, что у нас под сараем живет семейство ежиков? Иди, уважь их, дай им молочка. Ты помнишь, что с холма можно увидеть прекрасный закат? Не забудь полюбоваться им, а после рассказать мне». И так далее.
Что бы Левруда спросила сейчас? Артур нахмурился, вновь глядя на свое отражение. Кажется, его глаза напоминают куриный бульон. Откуда он это вспомнил? Ах, да, Диана говорила о чем-то подобном. Увидела ли она его тогда таким, каким он сейчас видит себя? Артур не знал, но ему все равно стало стыдно. Так иногда бывает — вроде и ни сделал ничего плохого, а на душе скверно. Бездействие порою тоже отрицательно влияет на совесть.
Мальчик с невольным отвращением опустил руку в воду, желая стереть картинку. Вода была очень холодной. А потом что-то изменилось. Будто бы озеро каким-то немыслимым образом повлияло на состояние Артура. Мальчик вдруг подумал о том, что напрасно сомневался в отце. Это не из-за него он здесь. Напрасно он сомневался в своем единороге и не был с ним до конца откровенен. Напрасно он сомневался в своих друзьях — Тине, Диане, Тоде, Триумфии. Но теперь он здесь, и мало что можно исправить.
Артур с удовольствием умылся в озере. Оказалось, что вода там соленая, как в море! Ее нельзя было пить, но несмотря на этот досадный недостаток, она тем не менее помогла мальчику прогнать слабость. Ему захотелось бороться, идти вперед, что-то делать. Артур еще раз внимательно осмотрелся.
Пещера с озером напоминала огромный оркестровый зал; сейчас тут было затишье, но, казалось, через минуту выйдут артисты и начнут играть на клависоне. Озеро представляло собой сцену, покрытую зеленым бархатом, а три узких прохода вели за кулисы. Артуру надо было покинуть величественный зал и проследовать по одному из коридоров. Но куда пойти? Один из них был совсем маленьким, человек бы в него пролез, но с огромным трудом. Другой, напротив, был широким, и по нему можно было вполне комфортно перемещаться. Третий зарос мхом, и из входа в него пахло гнилью и сыростью. Во многих сказках, что Левруда рассказывала своему подопечному, было, непременно, три пути. Хотя, помнится, старая женщина именно за это и не любила сказки. Она говорила, что дорог только две и они никогда не пересекаются. Кормилица частенько читала наизусть шуточное стихотворение, которое она якобы нашла в какой-то книге. Но Артур всегда знал, что это ее собственное стихотворение. Вот оно:
