Итак, Артур стал заниматься вместе со всеми и справедливости ради надо отметить, что эти занятия были сплошной бутафорией, так как они с Баклажанчиком идеально выполняли все упражнения. Их мысли и движения были отточены и согласованны, они лишь все больше познавали друг друга. Теперь практически каждый игрок завидовал Артуру — ведь ни у кого не было такого прекрасного сильного единорога. Юноша первым делом познакомил его со своими друзьями — Диана и Тин были в восторге. Триумфию правда так и не удалось вытащить на улицу — последнее время она была столь увлечена учебой, что, казалось, ничто больше ее не интересовало.
— Я очень рада за тебя, Артур, — говорила она в ответ на его желание познакомить ее с единорогом. — Но я сейчас правда очень занята… Три доклада и реферат… Боюсь, это надо сделать к следующему занятию… В ее голосе звучало явное сожаление, когда она, как упрямый молодой бычок, цеплялась за свои драгоценные книги.
Артуру не терпелось вернуться обратно в Клипс, однако первое время Баклажанчика очень хорошо охраняли, словно боялись, что диковинный фиолетовый единорог улетит восвояси. Поэтому полет к Левруде все откладывался. Баклажанчик жил в единорожне; конечно, он был свободолюбив, и такое заточение не вызывало у него положительных эмоций, но, несмотря ни на что, он был счастлив как никогда — ведь он, возможно, единственный романтик и мечтатель среди своих сородичей, который всегда верил, что сможет найти своего всадника, и в конечном итоге обрел то, что искал. А это, согласитесь, многого стоит.
Незадолго до первого турнира по едингболу Триумфия отличилась. Она умудрилась получить за день семь пятерок по шести предметам, что не могло не повергнуть всех преподавателей в совершеннейший восторг. Слухи об учености девочки в черепаховых очках дошли до самой Дейры Миноуг, которая сочла своим долгом как-то поощрить подобное отношение к учебе. Директриса прекрасно понимала, что постигать науки в шумных спальных домиках просто невыносимо, а порою даже невозможно. Именно поэтому Дейра проявила необычайную щедрость, подарив столь одаренной ученице отдельное помещение в стенах Троссард-Холла.
— Там тихо, как в дупле, и уютно, как дома, — провозгласила директриса, с гордостью вручая счастливой Триумфии ключи от кабинета. С тех пор всезнайка имела обыкновение уединяться в своем кабинетике, и только один единорог ведал, сколько учебников и статей там было просмотрено и старательно вызубрено. Правда, идиллия тихого помещения очень скоро была нарушена шумливыми друзьями Триумфии — Тином, Артуром и Дианой. Они полюбили там засиживаться, обсуждая результаты своих расследований и последние школьные новости. Ребята прозвали кабинет «свальником» и даже их самые близкие одногруппники, такие как Треверс и Даниел, не были допущены в это тайное местечко.
Кабинет был обставлен с некоторой щеголеватостью по каким-то новомодным канонам: пол, стены и потолок были окрашены в черно-белую клетку, из-за чего терялось ощущение пространства. Казалось, стены комнаты уходили на множество единометров вперед, а на самом же деле вся территория ограничивалась всего десятком шагов.
Обстановка в свальнике была весьма аскетичной. В центре помещения стоял ярко-желтый щеголеватый столик с жесткими стульями. Словом, особого уюта тут не было, вопреки суждениям директрисы, но, несмотря на это, друзья чувствовали себя здесь превосходно. Комнату можно было закрыть изнутри, что ограждало ребят от незваных гостей. Наверное, именно таким манером и появлялись различные тайные движения в Беру. На заседаниях этих обществ обсуждались самые запретные темы — например, как отравить короля и осуществить государственный переворот. Впрочем, о таком друзья уж точно не помышляли.
Вот и сегодня ребята сидели в свальнике и пытались заниматься учебой, но каждого из них отвлекали какие-то мысли. Тин, например, уже представлял себя величайшим всадником года, Диана же думала о предстоящем Празднике рисовых фонарей, ну а сам Артур украдкой смотрел на Диану, совмещая это небезынтересное занятие с чтением замысловатых формул в учебнике Толнака касательно сириутских трав. Вся книга состояла из одних теорем, похожих друг на друга как два листа подорожника, и посему успех Артура в прочтении сего научного труда был весьма незначителен.
— Нет, ничего не получается! — в очередной раз вздохнула Триумфия, с сожалением смотря на исписанную тетрадь.
— У тебя и не получается? — скептически поддразнил ее Тин.
Триумфия вновь с сожалением вздохнула и старательно осмотрела кипу учебников вокруг себя:
— Нет, я, конечно, могу все это прочесть за сегодня, но…
— Мне надо сходить к директору. Надоело уже сидеть на одном месте… — Диана поднялась со своего места и направилась к выходу.
— Зачем это? — поинтересовался Артур, невольно залюбовавшийся ее грацией и прямой осанкой.
— Все-то тебе расскажи! — ответила Диана, дерзко показав ему язык.
