– Те же люди, Паола. Вероятно, они тоже знали о твоих занятиях и предполагали, что ты могла побывать в квартире Папаши. – Билли-Рей все еще недоволен, я вижу. – Предполагали и ждали, когда ты кому-то позвонишь, телефоны всех, с кем ты была в квартире Алекса, прослушивались. Но ты пропала и объявилась вечером в квартире Норда, он сам поторопился об этом сообщить всему миру. В это же время Фиона сделала запрос. Так что обстрел – это не уголовники, это уже совсем другие люди, гораздо более опасные и гораздо более мотивированные.
– Да что такое – эти таблицы?!
– Я же вам уже сказал – деньги. – Билли-Рей вздохнул. – Очень большие деньги, которые спрятаны на закодированных счетах. И на флешке – номера счетов и пароли к ним, вместе с идентификаторами, о которых не знала Фиона. И тот, у кого есть вся информация, получает неограниченные средства, потому что деньги эти вроде как ничьи. Фиона это поняла и, я уверен, воспользовалась тем счетом, который вы ей сбросили, – с кодом и паролем своего банка, за это и поплатилась.
– Но откуда деньги и почему они бесхозные?
– Когда люди руководят операциями по борьбе с наркоторговлей или же любой другой незаконной торговлей чем бы то ни было, в их руки очень часто попадают огромные средства, наличными. По правилам эти деньги нужно либо утилизировать на месте, если нет возможности вывезти, либо вывозить и сдавать в конторе, они идут на нужды самой конторы. Но проследить наличие во время операции таких денег стороннему человеку практически невозможно, мы же никогда не знаем, что именно застанем на месте. И деньги эти можно забрать, открыть счет, перевести потом куда-то на Каймановы острова и обезличить, закодировав к ним доступ, а потом потихоньку отмыть. То есть фактически они есть, но отследить, чьи они, без идентификатора практически невозможно. За годы существования разных агентств по борьбе с чем угодно таких счетов набрались десятки, если не сотни. И собрать их все, вместе с кодами и прочим, мог только человек, глубоко интегрированный в банковскую систему и одновременно отличный хакер.
– Папаша не был таким человеком!
– Нет, Паола, был. – Билли-Рей вздохнул. – Как ты думаешь, откуда я знал Папашу?
– Ну, я не знаю… Откуда-то. Ты всех знаешь.
– Это не тот ответ. – Билли-Рей покачал головой. – Паола, все проще. Папаша в свое время был аналитиком при нашей группе. В той последней миссии он тоже получил ранение, которое, наверное, заставило его переосмыслить свою жизнь на предмет того, что не стоят судьбы каких-то людей, которые все равно закинутся наркотой и сдохнут, его собственной драгоценной жизни.
– То есть Папаша был тоже секретный агент?
– Ну, в общем, да.
Офигеть, граждане! Вот просто – офигеть! Куда ни плюнь, везде какие-то Джеймсы Бонды. Интересно, а среди людей вне вирта остались нормальные или я одна не состою ни в какой секретной организации по борьбе невесть с чем?
Вы поймите, я совершенно не против борьбы, например, с незаконным оборотом наркотиков. Но единственное, к чему эта борьба приводит, – так это к увеличению секретных агентов, соблазнившихся большими деньгами, не облагающимися налогами. И я не вижу в этом смысла.
Ведь наркотики, как и алкоголь, – это не болезнь, как нам навязывают разные ток-шоу, это выбор. Да, не всегда сознательный, но, если родители не хотят, чтобы их ребенок начал принимать наркоту, они будут им заниматься, вникать в его дела, а не сидеть вечерами перед телевизором. Родители должны знать, что если их ребенок попал в дурную компанию, то это прямая их вина, это оттого, что футбол и какая-то битва экстрасенсов им оказались важнее их сына или дочери. По сути, это ведь так и есть, просто не все это осознают. А у нас получается, что для вождения автомобиля люди ходят на курсы и сдают экзамены, чтобы получить права, а ребенка может родить кто угодно, а потом плюнуть на него и со временем горестно вопрошать: в кого он такой пошел?!
Да в вас же, дорогие родители. Это вы делаете своих детей тем, что они есть, и наркоманами в том числе, а потом я вынуждена смотреть, как мои налоги тратятся на борьбу со следствием ваших косяков.
Да, я не добра, но это не значит, что я не права.
– То есть Папаша состоял в вашей организации?
– Он занимался логистикой, так сказать. – Билли-Рей смотрит на нас непроницаемым взглядом. Ему, похоже, все равно, что мы о нем думаем. – Есть задача, нужно выполнить – и Папаша просчитывал по минутам маршрут и действия группы. Но в последний раз что-то пошло не так, и большую часть ребят уничтожили, остальные получили ранения. Едва ноги унесли, хорошо хоть транспорт за нами прислали.
Сдается мне, Папашу надо было оставить там, зря его тоже спасли.
– Я вот теперь не понимаю, что делать.
Норд беспомощно смотрит на нас, и я думаю, что и сама выгляжу жалко. Мысль о том, что я навлекла на себя и Норда такую беду, приводит меня в отчаяние. Но я и подумать не могла…
– Так, значит, Папашу убили из-за этой флешки?
