Камило не успел даже подумать или удивиться этому, как вдруг они оказались рядом и он ощутил изумительное прикосновение ее нежных губ. Его руки плавно скользнули по ее гибкой спине, расстегнув застежку купальника, который она сама, грациозно встряхнув руками, сбросила на песок. У Анны Марии была великолепная грудь, самой идеальной формы, и Камило с упоением прижался к ней губами, когда девушка томно откинулась на спину…
Сначала Анна Мария просто не поняла, в чем дело, и лишь почувствовала какое-то странное напряжение, вибрирующими волнами исходившее от Камило. Она открыла глаза и в ужасе вскрикнула — в склонившемся над ней лице не было ничего человеческого! Тот, кто всего минуту назад был таким нежным и обходительным, теперь смотрел на нее безумно-страдальческим взглядом и злобно оскаливался. В тот момент, когда он занес над ней свою руку, больше похожую на когтистую лапу чудовищного монстра и попытался вцепиться ей в горло, Анна Мария пронзительно вскрикнула и, проворно увернувшись, перекатилась на живот и вскочила на ноги.
— Камило, что с тобой? — вскричала она, видя, как медленно и страшно он встает вслед за ней. — Опомнись, умоляю тебя!
Вздрогнув от ее крика, он на какой-то миг оцепенел, а затем закачался и поднес руки к голове:
— О, Боже, я теряю контроль над собой! Помоги мне, прошу тебя!
Только теперь в его глазах блеснуло что-то человеческое, потому что уже в следующую минуту он проворно бросился на Анну Марию. Она сумела отпрыгнуть в сторону и подобрать большую суковатую палку, валявшуюся вблизи костра. Словно восставший из гроба вампир, он шел на нее, покачиваясь и выставив вперед руки с крючковато сжатыми пальцами.
— Он одержим дьяволом! — пробормотала Анна Мария и, через секунду закричала от боли, почувствовав, как его правая рука со страшной силой вцепилась в ее обнаженную грудь. Она изо всех сил ударила его палкой в левый висок, и Камило упал на землю, но тут же его тело стало извиваться в конвульсиях. Анна Мария подхватила с песка свой купальник, но Камило ухитрился схватить ее за щиколотку, и она со всего размаха упала на землю.
— Отпусти, мне больно! О, Господи, да что же это!
Выражение его глаз напоминало ей выражение глаз гигантского паука, подкрадывающегося к своей добыче. Когда он привставал с земли, чтобы вновь наброситься на нее, она изо всех сил толкнула его ногой, вскочила и помчалась к лодке.
— О, пресвятая дева Мария, — только бы она завелась!
Она судорожно возилась с мотором, когда на берегу, озаряемый светом костра, вновь появился Камило, шагая странной, раскачивающейся походкой, будто бы его действиями руководил кто-то другой. Он вошел в воду и стал приближаться к лодке, смотря и словно бы не видя испуганную девушку. Он уже был совсем рядом и протянул руку, чтобы вцепиться в борт лодки, как вдруг произошло чудо — мотор взревел, лодка дернулась и устремилась к выходу из лагуны. Анна Мария лихорадочно перекрестилась и еще успела увидеть, как Камило вышел на берег, испустил страшный вопль, заставивший ее содрогнуться, затем упал на песок и замер.
На следующее утро она с трудом вспомнила, как добралась до гостиницы, пребывая во власти только что пережитого кошмара. Но надо было на что-то решиться, и тогда она, прямо с утра, позвонила в полицию и сообщила об исчезновении сенатора Касаса, который отправился на лодочную прогулку в направлении острова Провидения. После чего Анна Мария стала лихорадочно собирать вещи, намереваясь вылететь в Боготу этим же вечером.
Велико же было ее потрясение, когда она, спустившись вниз и подойдя к стойке администратора, чтобы оплатить счет, вдруг увидела сенатора Касаса, который, как ни в чем не бывало, направлялся к ней!
— Привет! — подходя и несколько принужденно улыбаясь, сказал он, но заметил ее испуганный вид и добавил: — Не бойся, это не привидение, это действительно я, твой шеф.
Анна Мария не могла поверить своим глазам — это был совсем обычный, только несколько сконфуженный Камило, в нем, при всем желании, нельзя было найти никаких следов вчерашнего монстра.
— Спасибо тебе за то, что ты позвонила в полицию, — тем временем продолжал он, — именно они то меня и спасли. Но как тебе удалось завести лодку?
— А вы что… — осторожно поинтересовалась Анна Мария, — ничего не помните?
Камило смущенно усмехнулся и отвел глаза.
— Нет, почему же? Я помню этот великолепный остров… ночь, костер, луна… и мы вдвоем, и ты такая красивая… — тут уже Анна Мария почувствовала легкое смущение, — а затем я даже не заметил, как заснул, и ты, наверное, обиделась.
Анна Мария вздрогнула. «Неужели такое возможно? Он ничего не помнит или только притворяется? Но нет, он всегда отличался искренностью… Но тогда что с ним происходит? Может быть, и свою прежнюю секретаршу он убил, находясь в таком же состоянии?»
— У тебя есть все основания обижаться, — не дождавшись ее ответа, заявил Камило, — тем более что я приехал на этот остров в поисках любимой женщины. Но найти мне ее так и не удалось, а теперь, видимо, и нет смысла продолжать поиски… если ты хочешь, мы сегодня же вечером вылетим в Боготу.
