…Андрей, Алим и Пауль из окна сторожки прекрасно видели, как Моллер вошел в ворота и быстро по утоптанной снежной тропинке направился к конторе.
Все трое вышли ему навстречу.
Тяжело переводя дух от быстрой ходьбы, Моллер поманил к себе пальцем Грязнова, а когда тот приблизился к нему, сказал шепотом:
– Сюда скоро придет Абих… и, возможно, не один. Господин Ожогин просил меня и вас понаблюдать за ним.
– Пойдемте, я покажу удобное для этой цели место, – и Андрей зашагал к уже знакомому бараку.
Моллер последовал за ним вприпрыжку. За Моллером шел Алим, за ним – Пауль.
Пройдя весь барак, Андрей приблизился к столу и уселся на скамью. Уселись и остальные. Моллер еще не успел отдышаться и, вынув платок, обтирал им вспотевшее лицо. Все молчали.
По договоренности, Пауль должен был занять место для наблюдения у ворот, но ему хотелось присутствовать при начале такого необычного разговора, и сейчас он с любопытством разглядывал гестаповского прихлебателя.
– Много вам платит гестапо за ваши услуги? – спросил наконец Андрей и достал из кармана листок бумаги.
Тот удивленно посмотрел на юношу.
– А вам? – усмехнулся он.
– Нам ничего не платит.
– Мне платят, но нерегулярно и не всегда столько, сколько я хочу. Но почему же вам… Хотя да, я упустил из виду: у вас господин Юргенс. Вы в более выгодном положении.
– Не желаете ли вы поделиться своим опытом работы? – вновь задал вопрос Андрей.
– Опытом работы? Как понимать?
– Эти фамилии вам что-нибудь говорят? – спросил Андрей и подал Моллеру список лиц, составленный Абихом и Вагнером.
Хозяин гостиницы, не понимая еще, к чему клонится беседа, с любопытством посмотрел на листок. Он прочитал знакомые фамилии, и вдруг догадка обожгла его мозг. Откуда этот список? Кто мог сказать им фамилии лиц, за которыми он следил по поручению гестапо? Моллер вздрогнул и, уронив листок на стол, с недоумением посмотрел на Грязнова.
– Кого еще можно внести в этот список? – спросил Андрей.
– Я ничего не понимаю, – пробормотал Моллер, пытаясь улыбнуться.
Грязнов повторил вопрос.
– А вам это для чего? – сухо, не без злости, спросил гестаповец.
– Если спрашиваем, значит нужно.
Моллер перевел взгляд на Алима и, встретившись с его взглядом, почувствовал неладное. Он сделал движение, пытаясь встать, но третий, неизвестный ему собеседник грубо бросил:
– Сиди на месте, гадина!
В глазах Моллера на мгновение вспыхнуло чувство страха. Расстегнув воротник пальто, он спросил:
– Что вам от меня нужно?
– Я уже сказал, – ответил Андрей. – Кого еще вы предали гестапо?
Моллер молчал, нахмурив лоб и закусив нижнюю губу.
Грязнов вынул пистолет. Гестаповец рванулся с места, ударился о стену барака и, закрыв лицо руками, застыл на месте.
– Я буду считать до десяти, – сказал Андрей. – За это время вы должны назвать фамилии своих жертв, а мы их запишем. Не пожелаете вспомнить – ваше дело.
Моллер отнял от лица руки и увидел, что у Алима тоже появился пистолет.
– Начинаем, – произнес Андрей. – Раз… два… три… четыре…
Когда он дошел до пяти, Моллер заплетающимся языком произнес:
– Глезер.
Андрей занес фамилию в список.
– Кто был Глезер?
Моллер рассказал, что Глезер – вагоновожатый трамвая, сочувствовал коммунистам, арестован в начале сорок третьего года.
– Дальше! – продолжал Андрей.
– Мейер… Роберт Мейер…
Пауль направился к выходу из барака. В окно было видно, как он зашел в сторожку, появился оттуда с мелкокалиберной винтовкой и, преспокойно дымя сигаретой, зашагал к воротам.
Грязнов, спрятав пистолет в карман, записывал все новые и новые фамилии, которые называл Моллер. Их набралось уже восемь, когда провокатор смолк.
– Всё? – спросил Андрей.
– Всё. Больше не было.
– Хватит и этого. Теперь напишите вот здесь, внизу, что все перечисленные выше лица преданы вами в руки гестапо, и подпишитесь.
Предатель опустился на четвереньки. Его трясла лихорадка.
– Считаю до десяти. Раз… два… три… четыре… пять… шесть… семь… – начал Андрей.
Моллер потянулся к карандашу, взял его дрожащей рукой и подписался.
– Вот и отлично! – сказал Грязнов, укладывая бумажку в карман. – Свой приговор вы подписали. Теперь мы позаботимся, чтобы этот страшный список больше не увеличился.
Моллер съежился. Сейчас он походил на маленького, обреченного на гибель злобного хищника. Вдруг он вскочил с места и побежал в конец барака.
Забыв о пистолете, рукоятку которого он машинально сжимал в руке, Алим бросился вслед за гестаповцем. Моллер с несвойственной его возрасту быстротой добежал до кипятильника, вскарабкался на него, сбросил с себя пальто и выскочил в разбитое окно.
Раздался запоздалый выстрел.
– Убежит, сволочь! – крикнул Алим и быстро вскочил на кипятильник.
Андрей побежал по бараку к выходу, чтобы перерезать пути отхода Моллеру. И Алим, выбравшийся на крышу, и Андрей отлично видели, как Моллер бежал, размахивая руками, но не к воротам, а к пролому в дощатом заборе, до которого было значительно ближе.
