А еще нравилось, как злился Мартин. Ему почему-то Лектор сразу не понравился, и он изо всех сил плевался ядом, когда речь заходила о нем. Впрочем, Астрид достаточно было поссориться с братом три-четыре раза, отстаивая свое право на личную жизнь. Очень уж Мартин старался взять на себя роль отца и контролировать ее. Конечно, после их ссор меньше он злиться не стал, но больше помалкивал, лишь метая исподлобья недовольные взгляды на сестру с ее новым ухажером.
Не обошлось и без новых нелепых ситуаций. На первом занятии по экономике их курс мирно ждал преподавателя и потихоньку болтал, разбившись на группки. Астрид сама того не заметила, как за считанные дни все образовали свои микросообщества внутри их курса. Невольно она сама оказалась втянута в группу с братом, Аланом и Дианой-Марией Морару, которую с первых же дней их знакомства Алан чуть ли не боготворил. И хотя обычно Астрид свысока посматривала на людей из обычных семей, ДиМари, как прозвал ее Алан, почему-то производила приятное впечатление. Хоть Астрид и хотелось постоянно звать ее ведьмой, каждый раз она прикусывала язык.
Тем более, что расклады на картах и гадания на рунах и впрямь подчинялись ей, что завораживало. И, наверное, слово «ведьма» описывало ее больше, чем хотелось в него вложить Астрид. Со всей этой необычно-таинственной аурой, ДиМари оказалась вполне себе открытой и приятной девушкой, чем удивила Астрид. В ней не было заносчивости и она не строила из себя всезнающего гуру. Просто была немного чудаковатой и прямолинейной. Наверное, именно поэтому она понравилась Алану.
Хоть Диана-Мария и прекрасно считывала карты, делать расклады для Астрид она наотрез отказалась. Может, потому что сама Астрид изначально была настроена скептически, а может, она уже успела увидеть что-то, о чем не хотела говорить. ДиМари лишь однажды обмолвилась, что ее карты не видят Астрид, хотя с Мартином таких проблем не возникало. И уж его-то любопытство было сполна удовлетворено, когда карты напророчили ему улучшение романтических отношений с кем-то важным до конца года. Астрид лишь оставалось молиться Вечным Заин, чтобы братец не решил сойтись вновь с Элизабет Бунгор.
У самого окна о чем-то шептались Леона Де Крон и ее соседка по комнате простолюдинка Дениз Мейер. Астрид безуспешно пыталась подружиться с Леоной в первые дни, но была отвергнута холодным взглядом карих глаз из-под очков и односложными ответами. А вот с Дениз она болтала гораздо оживленнее, хотя двух более непохожих друг на друга людей сложно было найти. Миловидная, женственная, с идеально уложенными медными волосами деловитая Леона совсем не похожа была на простую высоченную дылду Дениз с короткой мальчишеской стрижкой и вечными мешковатыми мужскими одеждами. Оставалось только гадать, что могло их объединить. Явно не любовь к экономике и финансам.
Собственно, возвращаясь к первому занятию по экономике. Сидели первокурсники в кабинете, ожидая преподавателя, и обсуждали только что закончившийся урок этикета у иересс Франугофер, когда в дверях появился знакомый Астрид старшекурсник с дредами. Она точно помнила, что именно у него узнавала про комнаты в мужских общежитиях. В этот раз он был одет более формально — в черные брюки и белую рубашку, а в руках держал несколько книг. В душу Астрид закралось неприятное сомнение.
Тем временем, он остановился около преподавательского стола, положил учебники и громко кашлянул, привлекая внимание. Все замолчали. Астрид затаила дыхание, пытаясь скрыться за широкой спиной сидящей впереди нее ДиМари. Парень обвел взглядом класс, заметил прячущуюся от него Астрид и улыбнулся краешком губ.
— Доброе утро, первокурсники. Меня зовут Арден Толл, и я буду преподавать у вас экономику и финансы.
Что он говорил дальше, Астрид не слушала. Она старалась стать как можно меньше, чтобы иер Толл забыл про ее существование. Астрид ожидала, что он окажется старшекурсником или ее одногруппником, но никак не преподавателем! Вот почему он был так уверен, что они еще увидятся.
Всю пару исподтишка Астрид разглядывала Ардена Толла. Нет, ну как ни крути, ему лет двадцать пять и то с натяжкой можно дать. Но преподаватель! Экономики и финансов! Серьезно? Почему он такой молодой?!
Впрочем, через несколько дней последний вопрос у Астрид отпал сам собой. Большинству преподавательского состава и тридцати пяти не исполнилось. Включая, кстати, и красавчика-директора Ландера Вальверди. Он еще не появлялся в Академии с начала года, но уже ходили слухи о нем. Хоть это и должен быть его первый год в директорской должности после ухода его отца Акестуса Вальверди, Ландер уже давно занимался организационными делами здесь. Да и сам он был в самом первом выпуске Академии.
