Она встряхнула головой и натянуто улыбнулась. Мысли об Алане не шли из головы. А тот в свою очередь стоял через несколько пар впереди вместе с ДиМари. Студенты встали парами в круг, друг за дружкой. Представители рода Лучезарного Реша, среди которых были Бригитта, иересс Фраунгофер и еще пара старшекурсников, заняли свое место в центре круга, взявшись за руки. У них свечей не было. Разговоры постепенно стихали. И музыка замолкла. Повисла торжественная тишина. И когда Астрид уже было настроилась на танец, ее вытянула из круга чья-то сильная рука. На пальцы капнул воск от дрогнувшей свечи, заставив ее болезненно ойкнуть. Ее место в паре с Мартином заняла Сесиль Лоран Ру, одетая в элегантное белое платье с высоким воротом под самое горло. Мартин растерянно проводил ее взглядом, не рискуя спорить с преподавательницей.
Астрид хотела возмутиться, когда ее оттащили в сторону, но завидев за своей спиной директора в белой широкой рубашке с глубоким разрезом, тут же осадила себя. Оказавшись дальше от круга, почти в самом конце зала, Ландер Вальверди, наконец, отпустил ее локоть и виновато развел руками.
— Прости, но во время танца Вознесения Реша все участники должны быть в белом.
Оглянувшись, она заметила, что Норберт тоже не участвует — подпирает собой колонну, о чем-то негромко разговаривая с Жасмин Тесскрет. Заметив ее взгляд, он хитро подмигнул ей и тут же забыл про ее существование. Каков хитрец! Так вот почему он пришел в черном — чтобы не участвовать в танце. Что ж, раз так, придется ей наблюдать со стороны.
— Поучаствуешь в танце на следующий год, — сочувствующе произнес Ландер.
Астрид едва удержалась от нервного смешка.
Но вот часы на главной башне пробили двенадцать, возвещая начало самой долгой ночи. Послышались грустные первые ноты Вознесенского вальса — тягучий плач скрипки, к которому присоединилась надрывная мелодия виолончели. Медленно пары двинулись по кругу, приводя в движение это своеобразное колесо, которое они образовывали. У Астрид захватило дух. Какими бы разными не были люди в кругу — от шутника Алана с яркими волосами до сурового Сверрира, который, оказывается, тоже был в кругу вместе с Илоной Хаависто — все они сейчас хранили благоговейное молчание, двигаясь до того синхронно, словно были одним организмом.
Свечи в руках мерцали, но не гасли — настолько плавными были движения. Даже когда танцующие ускорились и, завертевшись, распались на пары, огоньки все равно оставались сиять. К музыке, уже более торжествующей, добавился звук фортепиано, и Астрид невольно смутилась от собственных воспоминаний. Это был тот самый фортепиано из музыкального класса. Она даже не заметила его до этого момента.
Вознесенский вальс торжественно ускорялся и в один момент руки вскинулись вверх, и легкий порыв ветра загасил свечи все одновременно. Звук оборвался, снова на секунду образовалась тишина. И тут же все рассыпались в аплодисментах и смехе. Вновь поднялся привычный бальный гомон, заиграла музыка, и все разошлись по залу. Это краткое единение пропало, растворившись в темноте самой длинной ночи, как некогда пропал и сам Лучезарный Реш, пораженный предательским ударом Хитрого Айна.
— Астрид? — ее руку робко тронули пальцы Лауры. Она взглянула на свою соседку, явно расстроенную чем-то. — Офиц-льная часть же з-кончена? Я м-гу уйти?
— Что такое, Лаура? Тебя кто-то обидел?
Она мотнула головой в ответ и спрятала руки в складках платья.
— Мне пр-сто некомф-ртно тут… Столько л-дей. И я хотела п-плавать еще п-ред сном.
Заметив удивленный взгляд Астрид, не понимающей ее внезапного желания, Лаура улыбнулась, из-за чего светлое пятно на ее щеке забавно расплылось.
— У нас в Геб-ре в ночь п-дения Реша принято окунаться в воду, п-мнишь, я рассказывала? Это прид-ст защиты от коварства Айна. Пусть зд-сь нет озера или моря, я бы хотела поп-сть в бассейн.
Мимолетом Астрид вспомнила, что Лаура уже рассказывала про эту традицию. Но она была так погружена в собственные переживания и мысли в последние дни, что не запоминала почти ничего из того, что ей говорили окружающие. Ободряюще пожав Лауре руку и заверив, что обязательно выгородит ее перед преподавателями, Астрид проводила ее теплым взглядом. Кто бы мог подумать, что она станет старшей сестрой этой девочке? Будет ли Лаура ненавидеть ее, когда узнает про побег?
На сердце вновь лег тяжелый противно скрипящий камень. Полночь уже миновала. А значит, через час ей нужно будет свершить задуманное. Нервно Астрид теребила браслет на запястье, каждую секунду ожидая, что он может завибрировать. Но взгляд тут же выловил Норберта среди толпы — он все еще был здесь, усиленно сливался со стеной. Ей хотелось бы подойти и уточнить, точно ли все в порядке. Но пересекшийся с ней взгляд серых глаз явно предостерегал ее от этого. Будет лучше, если их не увидят даже рядом в этот вечер. Тогда на него не падут подозрения.
Сорок минут. Астрид пила безалкогольное шампанское и смеялась над шутками Алана. На душе тревожно скреблись кошки, раздирая и без того кровоточащее сердце.
