На Западе считают, что Китай может попытаться добиться «воссоединения» с Тайванем невоенными средствами, например, укреплением экономических связей. С другой стороны, в любой военной конфронтации вооруженные силы КНР будут превосходить силы Тайваня. Китай тратит на оборону больше, чем любая другая страна (кроме США) и может использовать огромный спектр возможностей – от военно-морской мощи до ракетных технологий и кибератак. Да и с точки зрения общей численности военнослужащих между двумя сторонами существует существенный дисбаланс.
Китай – это 1,5 млрд человек, а Тайвань – это всего 23 млн человек (в 65 раз меньше), но с демократической системой и первоклассной экономикой. Поэтому Тайвань очень важен для многих стран, включая США. Именно поэтому невозможно рассматривать тайваньский вопрос вне американского контекста. Тайвань – это восьмой по величине торговый партнер США, важный инвестор и источник рабочих мест в американской экономике, а также мировой лидер в производстве современных компьютерных чипов. В 2020 году совокупные тайваньские инвестиции в США составили почти $137 млрд. Одни только прямые инвестиции Тайваня напрямую поддерживают примерно 21 000 рабочих мест в США.
По данным на 2020 год, тайваньский экспорт в США составил $46,03 млрд, а американский экспорт на Тайвань составил $29,64 млрд. А в 2024 году Соединенные Штаты обогнали материковый Китай, став мировым центром высоких технологий и главным экспортным направлением Тайваня: объем экспорта Тайваня в США в I квартале составил $26,625 млрд, что превышает объем экспорта в материковый Китай, который составил $22,407 млрд.
Министр торговли США Джина Раймондо заявила, что экономика страны критически зависит от производимых на Тайване передовых чипов. По ее словам, Соединенные Штаты приобретают 92 % требуемых им передовых чипов у компании TSMC на Тайване, и в случае воссоединения Тайваня с материковым Китаем Вашингтон может лишиться поставок важнейших чипов.
Соединенные Штаты рассматривают Китай в качестве стратегического противника в Индо-Тихоокеанском регионе, что определенно усилит стратегическое развертывание против Китая в будущем. Поскольку Тайвань находится в особом положении между Китаем и США, будущее вмешательство США в политику в отношении тайваньского вопроса неизбежно увеличится.
Со своей стороны, Тайвань стал крупным покупателем американской военной техники и американского вооружения. Так, например, в июле 2023 года США выделили Тайваню пакет военной помощи на $345 млн (соответствующий указ подписал президент Джо Байден), и это станет первым траншем в рамках «президентских полномочий по сокращению запасов» для поддержки Тайваня в размере $1 млрд, которые были утверждены конгрессом США в 2022 году.
Материковый Китай всегда надеялся, что на Тайване произойдут перемены, которые поспособствуют объединению, то есть большинство населения острова само выскажется за это под руководством правящей партии Тайваня. Однако опрос, проведенный в июле 2021 года Центром исследований выборов Национального университета Чэнчи на Тайване, показал, что 87,4 % тайваньцев предпочитают сохранять status quo. При этом лишь 5,6 % опрошенных хотят немедленно получить независимость и всего 1,5 % готовы объединяться с материком.
Высказывается даже такое парадоксальное мнение: что Тайвань – это единственная провинция Китая, не контролируемая правительством КНР. Большинство тайваньцев вполне довольны нынешним положением, а количество жителей острова, воспринимающих себя одновременно китайцами и тайваньцами, в период с 1992 по 2006 год оставалось примерно на одном и том же уровне – 44–45 %. Но при этом немедленного воссоединения с КНР не хочет практически никто.
Между идентичностью и политической позицией тайваньцев в вопросе об отношениях с Китаем не существует прямой корреляции. Это соответствует и структуре идентичности китайцев на континенте, которые, как правило, считают себя одновременно китайцами и уроженцами своей родной провинции и не видят противоречия между этими двумя самообразами.
